Шаги грохотали под сводами коридора. Свет фонаря пронзил темноту. Тени заплясали на стенах. Поднявшись на ноги, Баллас крепко сжал рукоять кинжала. Им овладела апатия. Возможно, она была результатом усталости – как и гнев. Всегда, когда Баллас чувствовал себя уставшим, им овладевало мрачное настроение. Он мельком подумал о Белтирране – и грусть ослабла, а потом улетучилась вовсе. Есть причина оставаться в живых – ведь он должен отыскать землю за горами. Там горечь, гнев и ярость оставят его навсегда… Баллас чуть улыбнулся и приготовился к бою.
Свет фонаря стал ярче, шаги приблизились. Из темноты вынырнула группа стражей. Пятеро, сосчитал Баллас. Во мраке их лица были неразличимы, виднелись лишь синие треугольники Скаррендестина, вышитые на груди, да поблескивали в желтом свете лезвия обнаженных мечей.
Приблизившись к развилке, стражи остановились.
– Куда дальше? – спросил один из них.
Второй понюхал воздух – и тут Баллас кинулся на него и всадил кинжал стражу в живот. Развернувшись, он ударил первого кулаком в лицо, сбив с ног. Третий выхватил меч, но Эреш выскочила из соседнего коридора и пырнула стража кинжалом в бок. Это был неуклюжий, плохо нацеленный удар. Лезвие не вошло в тело и наполовину, но все же нападение возымело эффект. Страж вскрикнул и дернулся, зажимая рану. Краск подскочил с другого бока и ткнул его кулаком в живот. Страж ахнул и упал на колени, меч выскользнул из его руки. Краск подхватил оружие и ударил противника по спине. Тяжелый клинок вывернулся из пальцев старика, лезвие легло плашмя. Страж покачнулся. Баллас выхватил у Краска меч и рубанул стража по шее. Тот без звука свалился на пол.
– Берегись! – крикнула Эреш.
Резко развернувшись, Баллас вскинул меч и блокировал удар, нацеленный ему в спину. Потом отвел клинок противника и, резко подавшись вперед, ударил стража лбом в нос. Тот отшатнулся, наполовину оглушенный.
Один страж еще оставался на ногах. Он в ужасе посмотрел на Балласа, потом повернулся и пустился бежать по туннелю в обратном направлении. Отведя руку назад, Баллас метнул в стража меч, словно копье. Клинок попал тому в поясницу. Вскрикнув, страж ничком повалился на пол.
Баллас кивнул на неподвижных стражей.
– Прикончите их. Этих двоих я только оглушил. Надо добить – сказал он Краску и пошел к стражу, лежавшему поодаль.
Выдернув меч, Баллас перевернул стража на спину и увидел что его форма отличается от прочих. Синий треугольник Скаррендестина был обведен красной каймой. Баллас припомнил, что уже видел подобное раньше – на рубахах стражей, вешавших головы на Дуб. Видимо, то были люди более высокого ранга, облаченные доверием Магистров.
Баллас присел возле стража.
– Сколько вас в канализации?
– Это все, – прохрипел тот.
Баллас взялся за меч, затем откинул его в сторону. Здесь требовался более тонкий инструмент. Он вынул кинжал.
– Спрашиваю еще раз, – сказал он, приблизив кончик клинка к глазу стража. – Сколько тут стражей помимо вас?
– Нисколько, – повторил пленник. – Но вы все равно умрете. Вас преследуют.
Баллас озадаченно посмотрел на него. Неужели в канализацию спустились ополченцы? Или горожане?
– О ком ты говоришь? – спросил он.
– Не могу ответить.
– Неужели? – Баллас придвинул кинжал почти вплотную к глазу. Страж зажмурился и попытался отвернуться, но Баллас схватил его за подбородок. – О ком ты говоришь? – повторил он.
– Я дал клятву, – пробормотал страж, – и не нарушу ее. Я не могу ее нарушить…
– Не можешь. Вот как? – Баллас усмехнулся. – Я проклят Церковью. Меня преследуют все жители Друина. И ты думаешь, что я стану беспокоиться о твоих клятвах?
– Не в том дело, – ответил страж. – Я действительно не могу рассказать. Моя клятва – не просто долг чести. Она связывает меня такими узами, какие ты и представить не можешь.
– Поглядим, – хмыкнул Баллас, прижимая кинжал к веку стража. Кончик клинка лишь слегка тронул кожу. Даже не выступило крови – только слезы из-под ресниц. Веко было непрочной преградой заточенной стали… – Кто нас преследует? Говори, и я тебя отпущу.
– Не очень-то много в этом проку. Раз мне не удалось вас убить, я заплачу собственной жизнью. Мне не простят ошибки…
– Тогда обещаю тебе легкую смерть. Вскрою артерию, и ты быстро истечешь кровью.
– Не выйдет. Легкая смерть мне тоже не светит.
– У тебя есть последний шанс! – рявкнул Баллас.
– Ничего не изменилось, – тихо проговорил страж. – Я не могу ответить.
Баллас надавил на кинжал; клинок пронзил веко и погрузился в глазницу. Страж выгнулся от боли. Он издал дикий, нечеловеческий вопль и забился на полу.
– Говори, – приказал Баллас.
– Не могу! Прошу тебя, не надо!
Баллас переместил кинжал к другому глазу и чуть коснулся им века.
– Во имя Четверых! Не надо!
Баллас нажал на кинжал. Страж взвыл и – точно помимо своей воли – прохрипел:
– Это л…