— Турмалином? — гнев его стал стихать. Он увидел то, что я носила внутри: боль и страх. На миг, лишь на миг я раскрылась, а затем снова надела маску циничной и развратной некромантки.
— Эмиасс хотел, чтобы я стала его содержанкой! Я — магистр некромантии, я богата, молода и хороша собой, — кивнул, подтверждая все мои слова, — Глупо было такое мне предлагать. Я могу быть с мужчиной… — прошептала я на ухо алому и горячему Рубину, — только добровольно. Только если он любит горячо, сладко и неистово! Если молчит и принимает меня такой, какая я есть…
— И позволяет тебе гулять налево?
— Да, Ланнар! Сейчас я хочу тебя, завтра — Стойна, а послезавтра — кого-то ещё!
— Демоны ревнивы, ты же знаешь! Я не смогу так.
— Как вы хорошо танцуете, Ланнар! Кто ещё хочет? Ну же! Вы ведь скучаете по женщинам! — я капризно повела плечиками. Сзади прижался саашту. Холод магии смерти скользнул по коже. Я зажмурилась довольно, уже намереваясь выпить этот коктейль до последней капли.
— Я бы хотел, лэя! Если вы не против, — саашту, или то, чем он стал, крепко прижал меня к себе и стал отводить в угол.
— Да-а, — простонала я томно, разворачиваясь к нему, Я не против, лэй, — задышала часто. Ещё никто и никогда не говорил с чаантой! Или он убивал всех на заставе и растворялся в Топях, или убивали его, и этим всё и заканчивалось. Я буду первой!
— Прекрасно, — холодно усмехнулся нежить, и мы стали медленно и томно танцевать. Мы не слышали музыки, каждый думал о своём. Я думала о том, каково это — спать с нежитью? Чувствует ли он что-то, как мы? О чём думал чаанта, я даже не берусь предполагать. Возможно они и не мыслят как мы, а просто подчиняются своим законам… и своим правителям? Почему никто не задавался этим вопросом?
— Извините! Я задумалась, но теперь я вся ваша! — с намёком сказала я и опустила ресницы в смущении. Чаанта хмыкнул едва слышно и уверенно повёл меня в тёмный угол.
— Так ты ученица? — начал он, я кивнула утвердительно, — Маленькая, похотливая… глупая, — зашипел он.
— Я не, не… — сильные и грубые руки саашту, вернее его копии, прижали меня к мёртвенно-холодному телу, да так резко, что и рёбра затрещали.
— Ты уже была под демоном, теперь ищешь нового любовника? — я открыла рот, чтобы возразить в духе учениц Листаи Лоораны, но чаанта сделал едва видимое движение и впился в мои губы. Наша энергия была родственной по происхождению, но враждующей по духу. Он пытался подчинить меня и сделать такой же, как сам. Я же решила сделать финт ушами и сломить его волю, сделать своим рабом!
— М-м, идём наверх? — всё, на что хватило сил и времени. Дальше он снова целовал меня своим странным, извращённым видом поцелуя. Я бы назвала его «поцелуй смерти»!
Он потащил меня к лестнице, одной рукой я указала на него, Стойн и демон напряглись. Чаанта захлопнул дверь комнаты стража, сверкнул глазами, стал подбираться ко мне. Я стояла спокойно и ждала его действий.
— Не страшно? Милая, маленькая, похотливая некромантка! Ты ведь всё поняла, да? Ты знаешь, кто я? — огромные клыки вылезли из его дёсен, а руки обзавелись когтями как минимум десятисантиметровой длинны.
— Знаю… Выбирай: или ты станешь моим любовником или я заложу тебя стражам!
Чаанта думал недолго: презрительно изогнув губы, он разделся, достоинство, скопированное у саашту, было таким огромным, таким многообещающим, что я тут же взяла его в руку. Холодный, не холодный, но чаанта действовал так же, как и наши мужчины — он взял меня сильно и жёстко! Сначала я была напряжена, а он холоден и зол. Но потом, сжимая друг друга в объятьях, мы не были собой, стоны смешались, дыхание сбилось, а энергия хлестала через край, смешиваясь в невероятный, никогда ещё не существовавший коктейль!
— Демоница? — прокаркал он, — Сильная-я…
— Чаанта? — скопировала я его, — Сладки-ий…
Пока я ласкала его языком, имела возможность проследить все его эмоции. Как ни странно, нежить чувствовал все так же, как и всякий на его месте. Если я ласкала его могучий жезл языком — выгибался и запускал руки в мои волосы, если брала его целиком — шипел и стонал.
— Я не убью тебя, Мора. И Нурлу не позволю! — кто такой этот Нурл спрашивать не было нужды! Это и был их Правитель, именно он или оно, как знать, формировало их вылазки к нам.
— Правда? — взрыв! Его семя было как стихия смерти во плоти: холодное, неживое… вкусное!
— Заберу с собой…
— Не-ет, не заберёшь! — я довольно потянулась на его кровати, — Я хочу совсем другого, чаанта!
— Не зови меня так! — навис он надо мной, — Зови пооншат… Мы — разведчики Нурлака, серебряная!
— И как тебя зовут на самом деле? Или у вас нет имён?
— Миртуу — он оглядел меня всю, задумался о чём-то. Я не дала ему больше и минуты для раздумий — оплела ногами и подалась навстречу. Его холод нравился мне, я сама люблю такое отношение к себе и другим.
Утром, выпутавшись из его рук, я вышла в коридор и кивнула парням. Чаанта в путах, пусть допрашивают!
