Мы настолько зависимы от чужого мнения, что позволяем толпе быть судьей и арбитром нашего поведения, мы жертвуем чем угодно, лишь бы нас считали «такими же, как все». Мы стремимся к всеобщему признанию, как к награде, боимся отличаться от других, потому что это вызывает реакцию со стороны общества: недоверие, неприятие, подозрительность. В итоге мы неизбежно становимся частью однородной массы, и это дает нам уверенность в себе и ощущение, что нас принимают и любят, однако в то же время нас гнетут чувство одиночества, внутренняя тревога и нехватка собственной идентичности.
Перенаселенность крупных городов превращается в «психическую агломерацию», и человек испытывает тоску, вызванную ощущением потери собственного «я».
Именно поэтому люди пытаются обрести свою индивидуальность, но терпят неудачу, поскольку делают противоположное тому, что нужно: лишь подражают друг другу.
Одной из основных причин всеобщей посредственности является слишком быстрый отказ людей от развития собственной индивидуальности. Им гораздо легче и приятней слиться с толпой в однородную массу, искусственно раздувая свое «я», вплоть до полного его растворения в коллективной душе.
Общество же, вместо того чтобы признать опасность подобного явления, поощряет его, так как заинтересовано в увеличении количества послушных потребителей, питающих систему, а люди не понимают, какая расплата их ждет: их индивидуальность так и останется недоразвитой или вообще погибнет.
Подобная психическая ущербность препятствует взрослению человеческого «я» и способствует развитию безответственности и аморальности.
Когда мозг и сердце человека принадлежат толпе, он не может следовать истинной морали, потому что не знает, как это делать, и не видит необходимости в более возвышенном поведении.
Толпа не обладает моралью, потому что не имеет собственного мышления, способности различать хорошее и плохое. Посредственность – это сущностная характеристика толпы, регулирующая поведение людей, из которых она состоит.
Гюстав Ле Бон[2] в своей работе
«Самый поразительный факт, наблюдающийся в психологии толпы, следующий: каковы бы ни были индивиды, составляющие её, каков бы ни был их образ жизни, занятия, их характер или ум, одного их превращения в толпу достаточно для того, чтобы у них образовалось нечто вроде коллективной души, заставляющей их чувствовать, думать и действовать совершенно иначе, чем думал бы, действовал и чувствовал каждый из этих людей в отдельности.
Индивидуум, становясь частью толпы, ставит себя в условия, позволяющие отказаться от подавления своих бессознательных тенденций. Новые черты характера, которые он проявляет, на самом деле просто выход на поверхность его бессознательного, той системы, где в зародыше покоится всё плохое, что есть в человеческой душе.
Если мы хотим сформировать четкое представление о морали масс, то должны иметь в виду, что при объединении индивидов в толпу у них исчезают индивидуальные запреты, но просыпаются и ищут свободного выхода все жестокие, дикие и разрушительные инстинкты, с первобытных времен сохраняющиеся в человеке в латентном состоянии.
Таким образом, становясь частью толпы, человек спускается на несколько ступеней ниже по лестнице цивилизации. Отдельно он был бы культурным человеком, но в толпе – это варвар.
У него возникают непредсказуемость, насилие, жестокость, а так же энтузиазм и героизм, свойственные первобытным людям».
Автор также отмечает, что при растворении человека в толпе значительно ослабевает его разум, подчеркивая, что поскольку толпа анонимна и, следовательно, безответственна, то в людях, её составляющих, исчезает чувство ответственности, являющееся тормозом для индивидуальных импульсов.
Фрейд также указывал на то, что на подсознательном уровне человек аморален с самого рождения. Подсознательно он, не колеблясь, способен убить, украсть, совершить инцест. Именно этим по большей части объясняется порочное поведение людей, обладающих слаборазвитым моральным сознанием.
Слияние отдельного человека с толпой – прямой путь к уничтожению личной ответственности, а значит, к исчезновению моральных ценностей, что ведет к преступлениям, насилию или коррупции.
Интересно, сколько людей должно объединиться, чтобы составить «психологическую толпу»? По мнению Ле Бона и Фрейда, толпа – это «любое количество людей, в котором имеет место характерное явление психологического слияния».
Фактически «психологическая толпа» может состоять даже из двух человек, как происходит в случае обыкновенной влюбленности.
Нужно помнить, что одна из главных причин, бессознательно влекущих человека к толпе, – возможность «освободиться от ответственности», и поскольку толпа анонимна, в ней исчезает личная ответственность.
Насилие на футбольных стадионах представляет собой наглядный пример разнузданности инстинктов, когда в толпе утрачивается индивидуальный разум.
