Чисто рациональное воспитание не только представляется логически возможным, но оно еще и востребовано всем нашим историческим развитием. Безусловно, если бы воспитание внезапно, всего несколько лет назад обрело эту особенность, то можно было бы усомниться в том, что столь резкая трансформация сможет оказаться основательно внедренной в природу вещей. Но в действительности оно есть лишь результат постепенного развития, истоки которого восходят, так сказать, к истокам самой истории. Воспитание становилось светским в течение веков. Иногда утверждали, что у первобытных народов не было морали. Это было историческим заблуждением. Не существует народа, у которого бы не было своей морали; но только мораль низших обществ отличается от нашей. Ее отличает именно то, что она является главным образом религиозной. Под этим я понимаю тот факт, что наиболее многочисленные и важные обязанности человека – не те, что у него существуют по отношению к другим людям, а те, что он должен выполнять по отношению к своим богам. Основные обязанности состоят не в том, чтобы уважать своего ближнего, не помогать, не содействовать ему, а в том, чтобы точно выполнять предписанные обряды, давать богам то, что им положено, и даже, если потребуется, пожертвовать собой во славу этих богов. Что касается человеческой морали, то она сводится тогда к небольшому числу принципов, нарушение которых пресекается довольно слабо. Эти принципы находятся только на пороге морали. Даже в Греции убийство на шкале преступлений занимало гораздо более низкое место в сравнении с серьезными актами богохульства. В этих условиях моральное воспитание по своей сути могло быть только религиозным, так же как и сама мораль. Только религиозные понятия могли служить основанием для воспитания, целью которого было прежде всего научить человека тому, как он должен вести себя по отношению к религиозным существам. Но положение понемногу меняется. Постепенно обязанности по отношению к людям становятся многочисленнее, точнее, выходят на первый план, тогда как другие, наоборот, имеют тенденцию к упадку. Можно сказать, что христианство само больше всего способствовало приближению этого результата. Будучи религией глубоко человечной, поскольку оно заставило умереть своего Бога ради спасения человечества, христианство учит, что главная обязанность человека по отношению к Богу – это выполнять свои обязанности человека по отношению к себе подобным. Хотя еще и сохраняются религиозные обязанности в собственном смысле, т. е. обряды, обращенные только к божеству, тем не менее занимаемое ими место, придаваемое им значение постепенно уменьшаются. Вина, в сущности, уже не грех, а подлинный грех все больше совпадает с моральной виной. Несомненно, Бог продолжает играть важную роль в морали. Именно он обеспечивает уважение к ней и карает за посягательства на нее. Обиды, нанесенные ей, – это обиды, нанесенные ему. Но он для нее уже только блюститель. Моральная дисциплина была установлена не
