Моральные основы отсталого общества полностью

В этом смысле любопытный контраст Монтеграно являет со бой соседняя коммуна Бассо. Она занимает долину с плодородной орошаемой землей, бо́льшая часть которой принадлежит крупным землевладельцам и обрабатывается поденщиками. Землевладельцы в Бассо испокон веку ведут себя так, будто крестьян вовсе не существует. На улицах города господа не замечают никого, кроме таких же господ. Время от времени в Бассо случаются организованные выступления трудящихся и ожесточенные забастовки. В Монтеграно при отсутствии крупных работодателей профсоюзному движению просто неоткуда взяться, да и атмосфера там царит совсем другая: благородный господин, повстречав на улице крестьянина, запросто вступает в беседу и может даже провести с ним вечер, играя в карты в баре.

И тем не менее некоторые крестьяне в Монтеграно отчаянно ненавидят господ:

Люди из высшего класса топчут крестьян ногами. Они обращаются с нами, как со скотом. А сами хотят одного – сытнее есть и мягче спать. До нас им дела нет. Они даже близко к нам не подходят. И до себя если допускают, то только с подарками: тут они и улыбаются, и в дом зовут. Я так думаю, что мы все одинаковые – все дети Божии. А они плюют нам в рожи.

Далеко не все крестьяне выражаются так резко. Но всех так или иначе возмущает, с каким высокомерием прохлаждающиеся в теньке господа относятся к работникам, которые кормят их своим трудом.

Господа, уверены многие из крестьян, в большинстве своем алчны и кичливы:

Если ты придешь к ним с подарком и о чем-то попросишь, они, скорее всего, дадут то, что тебе нужно, но сначала обязательно оскорбят. Спросят, например: «Почему ж тебя мать в школу учиться не отправила?» Как будто сами не знают почему.

В присутствии представителей высшего класса крестьянин часто стесняется своей неотесанности и неграмотной речи. От этого он чрезвычайно болезненно реагирует на реальные и почудившиеся ему оскорбления. В очерке сельской жизни врач из Монтеграно дон Франко пишет:

Бедняки чрезвычайно ранимы, и у них есть на то полное право. Если в разговоре с зажиточными городскими жителями шутки друг над другом уместны, то с крестьянами так нельзя. Даже если, беседуя с крестьянином, вы следите за собой, чтобы не намекнуть ненароком на его бедность, бедняк уловит намек, которого вы не заметили (чтобы его заметить, надо самому быть бедняком!). Потом вы сами осознаете, как больно этот невольный намек его задел, и тоже расстроитесь и загрустите оттого, что из уважения к вам, благородному синьору, он не грубит в ответ и даже понимает, что вы не хотели его обидеть.