– Как сходили к Марине? – спросил он после приветствия.
– Знаешь, – строго ответила Валя, – я на тебя в обиде. Отправил нас к шарлатанке– хапуге. Она нам такого наговорила – можно сразу цианистого калия наглотаться, чтобы по жизни не мучиться.
– Да ладно, – недоверчиво протянул Сашка, устраиваясь на табуретке.
Валя в красках описала ему произошедшее.
– А что вас не устроило? – спросил сосед, после того, как выслушал, – обычное дело, женщинам часто не везет в личной жизни. А чтобы от этого избавиться, приходится платить. Многие так делают. Что такое 100 баксов в сравнении с нормальной жизнью.
– А ты философ, – засмеялась Валя.
– Я жизнь знаю, – нахмурился Сашка.
Соня молча ела конфеты, на нее снова навалилась грусть, страдания по новому стали грызть ее сердце.
– Саша, ты не обижайся, – задумчиво начала говорить Валя, – ты же маршрутку водишь, тебе для этого образование не нужно. Поэтому и рассуждаешь, как неандерталец. Никогда рядом со мной не будет такого человека. Заболеет ребенок, а ты его будешь лечить заговорами.
– Ага, кстати, об этом, – оживился сосед совсем не обратив внимании на достаточно оскорбительное высказывание, – у нашего пацана одного у ребенка сахарный диабет, так Марина его знаешь как лечит! Сахар в крови в норме.
– Сахарный диабет? – округлила глаза Соня.
У нее по терапии была фанатично любящая свое дело преподавательница, она вложила в головы своим студентам умные и правильные вещи. И Соня точно знала, что при ювенальном сахарном диабете заговорами не поможешь. Инсулин и только инсулин, плюс диета и куча других нюансов, чтобы ребенок жил полноценной жизнью.
– Да, – радостно повернулся Саша к Соне, – теперь нормально все.
И Соня поняла, глядя в его синие безмятежные глаза, что в борьбе с ее страданиями никто ей не поможет. Разве что Валя. И очень стало жалко отданных Марине долларов.
За оставшиеся до отъезда дни девочки прочитали кучу классической литературы. Как в старые добрые времена делились впечатлениями, обсуждая то, что особенно зацепило.
– Мне так жаль, что получилось именно так, – сказала в последний вечер Валя, собирая чемодан.
– Как так? – откликнулась Соня.
– Ты не увидела Крыма, а я хотела тебе его показать, не поднялась на Ай– петри, мы мало были на пляже.
– Ой, не бери в голову, – поморщилась Соня, – зато здесь я пережила весь спектр чувств, который только возможен. И я поняла однозначно – я не люблю море, пляжный отдых не для меня.
Она отложила в сторону собранную сумку и села на краешек кровати.
– Я пойду прогуляюсь, – уверенно сказал она, поднимаясь, – попрощаюсь с морем навсегда.
Соня вышла из дома и пошла знакомой надоевшей дорогой на набережную. Спустилась к воде. Но море штормило, волны неласковые и пугающие накатывались на берег и брызги от них были холодны.
Соня поднялась по ступенькам и стала смотреть вдаль:
«Там на другом берегу, за морем, наверное, есть счастье другая жизнь, рай на земле. А на этом берегу ничего не возможно. Ничего , ничего вот, наступит 2000 год и все будет по другому, я буду счастлива в новом веке», – думала она, вытирая то ли соленые брызги волн, то ли слезы.
Глава двадцать первая.
А на другом берегу была Турция. Веселая и гостеприимная она встречала гостей на Средиземном море. Соня уже третий день находилась здесь и не понимала, почему она не приезжала сюда раньше.
– Вот видишь, а ты не хотела, – говорил е муж, намазывая медом горячий блин на завтраке, – «не люблю пляжный отдых, не люблю море», – передразнил он ее смешно. Их сынишка весело рассмеялся и сосредоточенно начал чистить яйцо.
– Я себе все это иначе представляла, – Соня счастливо улыбнулась, – раньше это было по-другому.
– Поверь, – искренне сказал муж, – в Крыму все то же самое, что и в прошлом веке. Поэтому мы здесь.
Очень полная белокурая женщина за соседним столом оглянулась на них. Соня поспешила улыбнуться.
– Вы из России? – спросила блондинка.
– Да, – ответил Сонин муж.
– А мы с Украины, сейчас мои подойдут, давайте познакомимся, – предложила она.
– Присаживайтесь к нам, – любезно предложила Соня, и представилась, – Софья. А это – мой муж Андрей и сын Степан.
Степашка поднял лицо и улыбнулся.
– А я – Оля, – сказала женщина, – а, вот и мои, старшенький Димочка, младшенький Мишенька.
К столу подошел полный мужчина и маленький хорошенький беленький мальчик.
– Сколько вашему? – спросила Соня.
– Пять лет исполнилось на прошлой неделе, – ответила Оля и ласково потрепала сына по светлым волосам.
– А наш в этом году в школу идет, вот мы и сделали ему подарок – на море привезли, – улыбнулась Соня.
– Да, – засмеялся Андрей, – насилу нашу маму уговорили. Она все отнекивалась.
– А почему? – удивился Дима.
– Я лет, – Соня запнулась, – десять назад, нет, уже одиннадцать прошло, съездила с подругой в Крым и осталась недовольна.
– А, кстати, у нас Оленька из Ялты, – оживился Дима.
– Если вы были в Ялте, то я заявляю, – важно начала Ольга, – это не место для пляжного отдыха. Не понимаю, почему все туда едут позагорать. Ялту изучать надо, любоваться, ходить по достопримечательностям.
