Коридор старой пятиэтажки был ему тесен.
Алей так и вытаращился на поляниного жениха. По сравнению с тем даже накачанный Сон казался бы щенком. Плечи у Летена были шириною в дверной проём. «Пара, – весело подумал Алей, – да, они точно пара…» Крепко сбитая, пышная Поляна по нынешним временам считалась толстой, прежде она из-за этого очень переживала. Рядом с Летеном она выглядела статной, точно старорусская боярышня. При каждом взгляде на суженого лицо её озарялось восторгом и затаённой гордостью, и она делалась ещё краше…
Поляна торопливо вышла вперёд, встала рядом с Алеем.
– Это Алей Веселин, – официальным голосом сказала она, – мой друг. Алик, это Летен Истин.
– Я о вас много слышал, – в тон ей проговорил Алей.
И посмотрел Летену в лицо.
…Улыбка истаяла, не родившись.
Алей инстинктивно подобрался. Почему-то он остро ощутил, что стоит перед чужаком босой и в домашних штанах. Лицо у Летена оказалось неприятное – сухое, невыразительное, непроницаемое. Глубоко посаженные глаза смерили Алея буравящим взглядом, и, похоже, Воронов остался недоволен увиденным. «Вот те раз, – подумал Алей, чувствуя, как приветливость его куда-то улетучивается, – Не нравится мне это. Ну посмотрим…»
– Добрый день, – коротко сказал гость и протянул руку.
– Здравствуйте.
Рука была широкая как лопата и такая же сухая и невыразительная, как лицо.
Рукопожатие прекратилось. На миг повисло молчание.
Поляна приоткрыла губы, на лице её выразилось, что она мучительно ищет подходящие слова, но она так ничего и не сказала. «Растерялась, – понял Алей. – Другого ждала… Эх, Ляна!»
– Поляна… – начал он, пытаясь её ободрить.
И наткнулся, как на нож, на взгляд Воронова.
– Поляна уговорила меня прийти, – сказал тот. – Я решил доставить ей удовольствие. Сыграть в эту игру. Вы, я так понимаю, кто-то вроде экстрасенса?
– Лайфхакер, – Алей медленно обернулся к Поляне: та стояла недовольная, надутая. «Летя!» – возмущённо сказала она одними губами.
Тот посмотрел на неё и вдруг улыбнулся.
Хорошо улыбнулся, искренне, светло; лучистые морщинки собрались у глаз, лицо потеплело… У Алея отлегло от сердца. Он успел уже задуматься, как лучше сказать Поляне, что она ошиблась. Но в этом не было нужды.
Летен любил её.
По-настоящему. Безгранично. Навеки.
Но это не было его Пределом.
«Отражённый свет, – рассеянно подумал Алей, прикидывая, с чего начнёт поиск. – Как это красиво. Изумительно… Так и должно было быть. Счастье Поляны невозможно без его счастья. Но его самореализация окажется уж точно не в семейной жизни. А любопытно – где? Отражения должны получиться взаимными, потому что Поляна везде будет с ним».
Ему стало решительно безразлично, что Летен подумает о нём. Главное – чувства Поляны. Пусть ей будет хорошо. Он собирался встретить её будущего мужа как друг, а встретит как профессионал, вот и вся разница.
– Откровенно говоря, я в вас не верю, – сказал Летен. Он больше не улыбался.
– Это неважно, – равнодушно ответил Алей. – Поляна попросила меня вам помочь, я обещал ей.
Поляна закивала, бросая на Летена грозные взгляды.
– Ну, помогите, – с усмешкой сказал тот.
Алей подавил вздох. Клиент обещал проблемы.
– Давайте пройдём в комнату.
Переступая порог, Воронов бесцеремонно окинул взглядом растрескавшуюся побелку на потолке, старый ковёр на полу и потёртую мебель. Алей посмотрел на него косо. Это было уже, в конце концов, неприлично. Воронов видел перед собой тощего хайрастого студента, который выдавал себя за экстрасенса и задурил голову глупенькой Поляне, – пусть так, но открыто демонстрировать своё отношение не стоило.
Поляна пихнула «Летю» локтем, и он снова лучисто ей улыбнулся.
– Садитесь, пожалуйста, – с этими словами Алей плюхнулся в своё кресло с подголовником и скрестил пальцы на коленях.
Летен неторопливо сел. Поляна устроилась на тахте.
– Вы имеете представление о том, что произойдёт? – спросил Алей.
– Поляна рассказала. Вы собираетесь наворожить мне что-то хорошее, – Летен смотрел с иронией.
– Почти так. Но мне нужно будет кое-что о вас узнать.
– Что именно?
Алей помолчал.
– Вы бизнесом занимаетесь? – спросил он.
– Я им не занимаюсь, – сказал Летен. – Я им владею. Занимаюсь я политикой.
Поляна посмотрела на него с гордостью. «Вот как», – подумал Алей.
– А вы кто по образованию?
– Фрезеровщик.
И Воронов добавил с насмешкой, заметив хорошо скрытое удивление Алея:
– Не похож?
Алей отвёл взгляд.
– Это неважно. Летен Истин Воронов, правильно?
– Так.
Алей обернулся к монитору и впечатал имя в строку поиска. Ничего особенного он не получил: бизнесмен, владелец заводов… «газет, пароходов», – мысленно присовокупил Алей; пароходов не было, газет тоже, зато имелась сеть промтоварных магазинов в нескольких городах. Совладелец того-то и того-то, депутат городского законодательного собрания, отметился там-то и там-то. Квадратное невыразительное лицо на фотографиях. Родился в Красноярске в 1972 году, переехал в Листву в девяносто шестом…
Предел – это достижение полной самореализации. Суть Предела сокрыта в мечтах человека. Что может ждать за Пределом сугубо делового, властолюбивого Летена Воронова?
