– Благодарю вас, – Наташка одарила его обворожительной улыбкой. – Пей, Мариш, это, вроде, коньяк, – она пододвинула к Марине рюмку и, подняв свою, с наслаждением начала пить.
Марина последовала ее примеру. Как ни странно, рюмка коньяка не затуманила сознание, а, наоборот, прояснила. Марина словно очнулась от сна… и ужаснулась своему идиотскому поступку.
– О господи, Наташка, – жалобно всхлипнула она. – Сама не знаю, как я могла такое натворить. Мне и впрямь нужно к психиатру.
– Ну-ну, успокойся, – Наташка ласково погладила ее по руке. – Ничего ужасного не случилось: на то мы и женщины, чтобы совершать поступки, не поддающиеся объяснению с точки зрения логики и здравого смысла.
– Да уж, это точно, – грустно усмехнулась Марина.
Она подняла голову и почувствовала прилив крови к лицу. К столику направлялся спасатель, держа в руке ее сумку. Выходило, что, передав ее заботам Наташки, он тотчас бросился в волны, чтобы попытаться спасти злополучную сумку. То есть она подвигала его рисковать жизнью из-за ерунды. Как стыдно!
– Вот ваша драгоценная сумка, ради которой вы были готовы утонуть, – с сарказмом произнес он, ставя сумку на стол. – А теперь не потрудитесь ли рассказать, что в ней такого ценного? Там, внутри – документы, куча бабла? Или памятная вещь, с которой вам было бы больно расстаться?
Не ожидая, что он может заговорить такими речевыми оборотами, Марина растерянно молчала. Она-то была уверена, что он туп и не способен связать пары слов.
Спасатель выжидающе посмотрел на Марину и, не дождавшись ответа, расстегнул сумку и беспардонно пересмотрел ее содержимое.
– Так я и думал, – сказал он, оставляя сумку в покое. – Ничего ценного там нет, лишь всякая фигня, потерю которой вы могли бы легко пережить.
Он бросил на Марину уничтожающий взгляд и зашагал к бару.
– Чтоб ты провалился, шовинистическая мужская сволочь, – процедила ему вслед Марина. Стыд, злость и сознание пережитого унижения душили ее. О, лучше бы ее сумка сразу утонула!
Наташка прыснула в кулачок:
– Мариш, это нехорошо: он ведь спас твою сумку. Ты бы лучше поблагодарила его.
– И не подумаю, – упрямо заявила Марина. – За услуги, оказанные в такой оскорбительной форме, не благодарят. Да как он вообще смеет так со мной разговаривать?! Какой-то мальчишка.
– Не совсем мальчишка: я думаю, лет двадцать пять ему есть. А что он такой злой, это объяснимо. Не одна ты такая, и среди других отдыхающих…
– …Идиотов полно.
– Самоирония – это наше все, – улыбнулась Наташка. – А вообще, что мы так заморачиваемся? Случилось и случилось, черт с ним, не стоит брать в голову. Смотри, дождь закончился! Пойдем прошвырнемся по набережной, посмотрим чего интересного.
Когда они поравнялись со спасателем, он вдруг обернулся, миролюбиво посмотрел на Марину и шагнул ей навстречу. Но прежде чем он заговорил, Марина сделала надменное лицо и торопливо проследовала мимо. Не нужны ей извинения этого деревенского хама, как-нибудь обойдется.
Услышав, что Марина собирается ехать на море с Наташкой, Толик растерялся.
– С Наташкой? А почему не со мной?!
«Потому что мне хочется реализовать свое право на ответную измену, а на курорте это сделать удобней, нежели где-то еще»…
Как Марине хотелось произнести это вслух. Но – нельзя, нужно соблюдать приличия или, лучше сказать, правила игры. Толик не дурак, и так все поймет, но надобно пощадить его гендерное самолюбие.
– Ну… Просто Наташка предложила поехать с ней вдвоем, и я согласилась. И у тебя же нет отпуска в июле! А я хочу поехать на море в начале июля, а не в августе, когда будет невыносимая жара.
– И… куда вы намылились?
– В Крым – место, куда ты не захотел бы поехать.
– Почему я не захотел бы? Ну да, разумеется, это не тот вариант, который я выбрал бы сам, но если ты хочешь именно туда… Впрочем, теперь уже поздно что-то обсуждать, да? Ты уже все решила, пообещала Наташке. Наверное, и отель успели забронировать, да?
– Пансионат, – уточнила Марина, – с трехразовым питанием. Все условия для ленивого отдыха на берегу моря.
Толик пристально посмотрел на нее и саркастически хмыкнул. Не верит, что она собирается только лениво отдыхать. И правильно делает! Но это все мелочи, главное, чтобы он не принялся возражать или… гм-гм… не пускать ее. Но Марина чувствовала, что он не поведет себя так. Это означало пойти на жесткий конфликт, к которому она была психологически готова. А вот муж явно не был готов.
– Вот, значит, как, да? – проговорил Толик, глядя на нее с мрачновато-насмешливым пониманием. – С Наташкой… Ну что ж! Может, это и неплохая идея. Отдохнем друг от друга немножко, ведь психологи пишут, что супруги «со стажем» должны друг от друга отдыхать. И плотное общение с Наташкой пойдет тебе только на пользу: позаимствуешь от нее пофигизма. Ты совсем закисла в последнее время. И загнала себя работой. Даже по выходным работаешь – куда это годится? Езжай. И возвращайся назад без депрессии, – он игриво потрепал ее по щеке. – Доплыви до буйков и забрось ее за них, пусть потонет, зараза проклятая.
– Так и сделаю, – улыбнулась Марина.