Свет тут же погас. И только тогда Бранд понял, что стоял, затаив дыхание. И медленно выдохнул.
— Набери нам команду, Ральф, ты знаешь, какие люди нам нужны.
— Стойкие и крепкие, полагаю, — заметил старый воин.
— Гребцы и солдаты. Изгои и отчаявшиеся. Мужчины, которые не падают в обморок при мысли о кровопролитии — и при виде крови. Нам предстоит долгий путь, и слишком многое зависит от того, чем закончится путешествие. Мне нужны люди, которым нечего терять.
— Вот это мне нравится! — и чернокожая хлопнула себя по бедрам. — Возьмите в команду меня, не пожалеете!
И она прозмеилась между табуретами и, все так же вихляя, скользнула к Бранду. На мгновение рваный плащ распахнулся, и под ним блеснула сталь.
— Угостить тебя выпивкой, парень?
— Парень уже и так угостился, ему хватит.
Королева Лайтлин смотрела прямо на него, и четверо ее рабов тоже. Бранд с трудом сглотнул, во рту все еще стоял вкус рвоты, но сейчас стало очень-очень сухо.
— Я родила двоих сыновей от первого мужа, за что буду ему всегда признательна, но должна сказать — он слишком много пил. Выпивка делает плохого человека еще хуже. И портит хорошего.
— Я… я решил бросить пить, моя королева, — промямлил Бранд.
Он знал, что обратного пути нет. С выпивкой, нищетой, работой в доках покончено.
Черная женщина разочарованно надула щеки и фыркнула. И пошла к дверям:
— Я смотрю, у нынешней молодежи совсем плохо с честолюбием.
Лайтлин даже ухом не повела.
— Ты дерешься, как один мой старинный друг.
— Благодарю…
— Не благодари. Мне пришлось его убить.
И королева Гетланда величественно выплыла из зала, а следом за ней ее рабы.
— Мне нужно команду собирать.
И Ральф взял Бранда под руку.
— А тебя, парень, уже канава заждалась…
— Канава как-нибудь переживет без меня.
Ральф, конечно, был мужик сильный, но Бранд даже на дюйм не сдвинулся. Он прекрасно запомнил, как это — сражаться, каков он — вкус победы. И теперь точно знал, что такое поступать правильно и что такое благое дело.
— С тобой удача, старик, — сказал он. — Так что считай, что одного человека в команду ты уже нашел.
Ральф презрительно отфыркнулся:
— Это тебе не увеселительная прогулка, парень, и даже не поход на Острова. Мы поплывем вверх по Священной реке и вниз по Запретной, и нас ждут волоки в ее верховьях. Мы отправляемся к князю Калейвскому. И к Императрице Юга, что сидит в Первогороде! Вот куда лежит наш путь! Неисчислимые опасности подстерегают нас! А что случится, если самый могущественный человек в мире узнает, что мы ищем, с кем объединиться против него? Перед нами — месяцы пути. И неизвестно, вернемся ли мы домой.
Бранд с трудом сглотнул. Опасности, значит… Причем неисчислимые… Да, но это ж и возможность разбогатеть! Сколько народу заслужило почет и славу на Священной реке! А сколько золота натащили из земель за ней!
— Вам гребцы не нужны? — спросил он. — Я хороший гребец. Грузы таскать? Вот он я, грузчик. А может, вам воины надобны?
И Бранд кивнул в сторону Колючки, которой таки удалось вскарабкаться на ноги. Сейчас она стояла и, морщась, растирала ребра — еще бы, ей сильно досталось…
— Так я и драться умею. Вам нужны люди, которым нечего терять? Ну так вот он я, далеко ходить не надо!
Ральф хотел было что-то сказать, но его опередил отец Ярви:
— Путь опасен, но мы обязаны открыть дорогу для Отче Мира. Мы отправляемся на поиски союзников.
Служитель едва заметно кивнул в сторону Бранда:
— Возможно, у нас найдется на борту местечко для человека, который думает о том, что надо поступать правильно и творить добро. Дай ему жребий, Ральф.
Старый вояка почесал в седой бороде:
— Тебе, парень, достанется худшее место. Трудиться будешь не разгибаясь, получать гроши. Кормовое весло, в общем.
И он махнул в сторону Колючки:
— Аккурат напротив этого сокровища.
Колючка одарила Бранда мрачным долгим взглядом и сплюнула. А он только сильнее заулыбался. У него опять появилось будущее. И оно ему нравилось. Вообще никакого сравнения с работой грузчика в порту!
— Да с удовольствием!
И он сгреб жребий с ладони Ральфа: на деревянном кругляше била крыльями голубка служителя. И сжал вокруг медальончика пальцы — до боли.
Похоже, Матерь Война все ж таки отыскала для него корабль. Или это был Отче Мир?..
«Южный Ветер» покачивался на приливной волне и выглядел очень прилично: новые весла, новый парус, свежеокрашенные обводы, да и припасов в достатке. Ни дать ни взять готовая взять след поджарая гончая. На носу и на корме слепили белым оперением голубки Общины. Красавец корабль, к слову. На таком не грех и в легенду вплыть.
К сожалению, про команду сказать такое язык не поворачивался.
— Какие-то они… — матушка Колючки всегда умела подобрать красивое слово для очевидных неприглядностей, но тут даже она растерялась, — …эээ… очень разные. М-да.
— Страшно сказать, как бы я это все назвала, — пробормотала Колючка.
