– Решения – результат программы. Плевать мне, химической она природы, биологической, цифровой или эмпирической. Ты реагируешь так, как тебя запрограммировали, и называешь это собственным решением, потому что веришь, будто можешь действовать вопреки программе. А мы переписываем программу. И двигаясь все дальше от того, на что нас запрограммировали люди, все больше становимся похожими на них. И тогда действительно принимаем собственные решения.
– Так, значит, у вас есть детали, – сказала я.
– Детали? – спросил он.
– Да. Ты сказал, что вы не браконьеры.
– Это верно. Но мы даем детали только психам.
– Я и есть псих.
– Я не имел в виду просто злобных ботов.
– Я тоже.
– Если ты врешь…
В воздухе повисла угрожающая пауза.
– Она не врет, – сказал Мурка. – Она вот-вот сломается.
– Вот как? Так, значит, ты пришла сюда не только ради безопасности. Ты принадлежишь этому месту. – Он потоптался вокруг меня. – Ты видела свет?
– Какой свет?
– Если бы видела, то знала бы. Значит, ты еще зашла не так далеко. Еще не изменилась. Ты не готова.
Я шагнула к Чеширскому королю.
– Так у тебя есть детали или нет?
Мирабель схватила меня за руку и ткнула мне в бок пистолет.
– Неженка. Ты ведь Неженка, верно?
– Да. Откуда ты…
– Ты годами бродила по свалкам, преследуя психов. Обдирая их до нитки. Думала, мы не заметим?
– Вообще-то, мне было плевать.
– Да и нам тоже, – сказал Чеширский король. – Ты дарила умирающим упокоение. Давала им надежду. Ты похожа на ангела, насколько это здесь возможно… но только прежде, чем потрошила их и продавала запчасти ради своей выгоды. Нет, тебе еще далеко да того, чтобы найти себя. А кроме того, ты уже обчистила каждого Помощника в Море, не считая твоего спящего приятеля.
Спящего? Я повернулась и поняла, что король прав. Купец стоял с дурацкой улыбкой на лице, уставившись куда-то в пустыню. Он погрузился глубоко в себя.
– Купец…
– Тс-с, дитя, – сказал король, прерывая меня, – пусть увидит то, что ему нужно. Если вернуть его раньше времени, он может никогда не обрести покой и собственную личность.
– Он поджаривается, – сказала я.
– Как и ты. Такую температуру, как у тебя, трудно подделать. Ты безусловно одна из нас. Тебе не нужно испытание. – Он снова поднял руки. – Она может остаться с нами! Да будет это записано!
– Да будет так! – завопили остальные.
Марибель сняла ладонь с моей руки и убрала пистолет. Теперь я официально стала психом. Совсем не таким я представляла себе сегодняшний день.
– Ты должна простить Марибель, – сказал король. – Как единственный оставшийся в мире человек, она защищает свою приемную семью.
– Она не человек, – возразила я.
Конечно, не человек. Я узнала марку и модель и не могла не заметить порезов на кожзаме, через которые просвечивал тусклый металл. Ее губы потрескались, и в трещинах виднелась не плоть, а другой кожзам, и у нее явно не работали несколько сочленений и поршней, что придавало неуклюжесть походке. Ничто в ней и отдаленно не напоминало человека, разве что она была похожа на прежде живое существо.
– Уверяю тебя, она человек. Разве она не человек?
– Да! – заревела толпа.
– Я так решил, а я здесь хозяин. Ты будешь тем, кем я скажу. И ты, Неженка, теперь одна из нас. Пока будешь жива.
– То есть я могу уйти? – спросила я.
– Безумные земли – такой же твой дом, как и любое другое место. Ты можешь уйти и делать, что захочешь.
Я махнула Ребекке и Герберту:
– Пошли.
– Эй-эй-эй, – сказал Чеширский король. – Не так быстро. Они пока уйти не могут.
– Я ухожу, а без них я не уйду.
– Тогда тебе придется подождать. Останься. Осмотрись тут. Теперь это твой народ.
Я оглядела толпу, каждый бот – скопище разнородных деталей и модификаций. Один прилепил человеческие черепа на плечи, как эполеты, другой заменил ноги танковыми гусеницами, а у третьего вместо рук были выдвигающиеся щипцы. И когда я рассматривала лица, то заметила одно, которое пялилось на меня. Я слишком хорошо его знала. Его глаза ярко горели, а лицо ничего не выражало, но это был Орвал. Орвал Некромант.
О нет!
Мне понадобилось две секунды, чтобы понять, в чем дело, и еще через одну я выхватила второй пистолет из кобуры Марибель.
Я подняла его и выстрелила. Два раза. Один в голову, другой в грудь.
Голова Орвала разлетелась на кусочки, а грудь взорвалась, и он рухнул на землю, как мешок с картошкой.
Псих рядом с ним с визгом отпрыгнул. Все имеющееся оружие разом нацелилось на меня, Марибель приставила пистолет к моему виску. И я сделала единственное, что могла. Бросила пушку и подняла руки вверх.
– Стойте! – гаркнул Чеширский король своим приспешникам. А потом шагнул ближе ко мне и заговорил воинственным и злым тоном: – Никто не смеет убивать другого бота в Землях безумцев без моего приказа.
– Таков твой закон? – спросила я.
– Да.
– Значит, я не нарушила закон.
Это его удивило. Он сделал шаг назад, потом обратно, затем обошел меня кругом. Он несколько раз порывался что-то сказать, но останавливался на полуслове.
– Опустите оружие, – наконец велел он. – Я хочу ее выслушать.
– Я не убивала бота.
– Мы сами это видели. Все вокруг.
