Море серебрянного света полностью

 –  Нет, вы нет,  –  сказал Финни, обрывая его.  –  Вы определеннонет. Иначе мы бы узнали. И вы бы провели остаток жизни, сожалея о своем поступке.  –  Он наклонился вперед, и даже положил бледные пальцы на руку Пола, как будто собирался сказать ему важную тайну.  –  Остаток вашей очень короткой жизни.

 –  Короткой, но веселой!  –  сказал Мадд и залился смехом.

Очень странно, но когда дверь офиса закрылась за Полом, Финни присоединился к смеху. Ужасный звук!

Дверь на верхнем этаже открылась, и лифт омыл запах гардений. Мгновением позже, едва он успел сделать несколько шагов в холл, навстречу вылетела Ава и так крепко обняла его, что Полу потребовалось несколько секунд, чтобы освободиться.

 –  О, дорогой.  –  Блеск ее чудесных глаз прятал притаившиеся слезы.  –  Они знают о нас?

 –  Господи Иисусе, Ава.  –  Пол быстро повел ее в сад.  –  Ты сошла с ума?  –  прошептал он.  –  Никогда так не делай.

Мелодраматическая печаль на ее лице сменилась каким-то другим, бесконечно более тонким выражением, и было бесконечно больнее смотреть на нее. Она промчалась мимо него и исчезла среди деревьев, которые занимали большую часть верхушки башни. Белые и желтые птицы, как праздничный салют, взмыли в воздух, потревоженные ее безудержным бегом...

Пол очнулся и обнаружил, что его голова лежит на коленях Флоримель, хотя он не сразу понял, где вибрирующая боль, а где колени. Болели все кости, и он зашипел от боли, когда попытался сесть. Флоримель осторожно опустила его обратно на колени. С повязкой вокруг раненых глаза и уха, она выглядела заправским пиратом. Пузырь качался вверх и вниз, добавляя правдоподобности пиратской иллюзии и вызывая приступы головной боли.

 –  Она... она была такой непостоянной,  –  сказал он.  –  Я много забыл, и это неудивительно, потому что она говорила мне о таком, что трудно понять.

 –  Он бредит,  –  сказала Флоримель Мартине.

 –  Нет, нет. Я говорю о Аве, дочке Жонглера. Пока я был без сознания, ко мне вернулась еще одна часть моей памяти. Похожая на сон, но это был не сон.  –  Он уже собирался рассказать им все то, что вспомнил, но внезапно сообразил, что сейчас не до возвратившихся воспоминаний, какими бы интересными они не были.  –  Где мы? На реке?

Мартина кивнула.  –  Прыгаем по волнам. Ни единого признака Уэллса, Близнецов или их насекомых-монстров.

 –  Да,  –  сказала Флоримель.  –  Я и Мартина и Т-четыре-Б, мы все выжили, но ранены, и довольно сильно. Спасибо за вопрос.

 –  О, прости.  –  Пол пожал плечами и моргнул.  –  Кунохара?

Флоримель покачала головой.  –  Я не верю, что он пережил гибель своего дома. Мы не видели, как что-нибудь появилось на поверхности.

 –  Пища для рыб,  –  сказал Т-четыре-Б, не без удовольствия.  –  Чистая.

 –  И куда мы плывем? Можно как-то управлять этой штукой?  –  На самом плыть было достаточно приятно, пузырь стал частью течения, но внутри было тесновато. Однажды он слышал, как описывали полет в дирижабле  –  очень приятно, потому что летишь вместе с воздухом, а не против него.

 –  Управлять им?  –  недовольно проворчала Флоримель.  –  Оглянись  –  где ты видишь руль? Или штурвал?

 –  А что мы можем сделать?  –  Он наконец сел, оперся спиной о изогнутую стену и аккуратно отсоединился от Флоримель. Все сидели лицом друг к другу, касаясь друг друга ногами на донышке пузыря, под ними текла река, и можно было подумать, что они висят в воздухе.  –  Просто ждать, пока мы не налетим на песчаную мель или жадную рыбу?

 –  Или пока мы не достигнем конца реки и пройдем через ворота,  –  сказала Мартина.  –  Орландо говорил, что есть много ворот, но большая часть из них уже не действует. Будем надеяться, что если следующим симмир закрыт, мы сможем найти другой. Безопасный.

 –  И это все, что мы собираемся делать? Ждать и смотреть?