– Позвольте мне рассказать вам кое-что. Тамара, которая правила страной в 1184–1207 гг. была знаменитой грузинской царицей, с её именем связан один из лучших периодов в жизни Грузии. Она происходила из династии Багратидов и была единственной дочерью Георгия III и красавицы Бурдухан, сравниваемой с греческой Пенелопой. Воспитала ее высокообразованная тетка Русудан. Поэты восхваляли ее ум и красоту. Ее называли не царицей, а царем, богоподобной, сосудом мудрости, солнцем улыбающимся, тростником стройным, ликом лучезарным. Прославляли ее кротость, трудолюбие, послушание, религиозность и чарующую красоту. О ее совершенствах ходили легенды, дошедшие до наших дней. Ее хотели видеть все. Ее руки искали византийские царевичи, султан алеппский, шах персидский, но первым ее мужем стал русский князь Георгий – сын Андрея Боголюбского.
Все царствование Тамары окружено таинственным ореолом, – продолжал старик. – Достоверные исторические сведения переплетаются с легендарными сказаниями со дня вступления ее на престол. Отец короновал ее на царство еще при своей жизни – в 1179 году, но лишь после его смерти – в 1184 году она стала руководителем государства. Девиз Тамары – милость и правда: «Я отец сирых и судия вдов». В ее царствование не было смертных казней и телесных наказаний. Избегая осложнений внутри царства, она вела войны с соседями, и довольно успешно.
– Я читал об этом и уже многое рассказал друзьям, – сказал мсье Брион.
– Тамара заботилась и о духовном развитии страны. При дворе собирается плеяда писателей, доведших грузинский язык до полного совершенства. В ее царствование прославился поэт Шота Руставели, чья великолепная поэма «Витязь в тигровой шкуре» проникнута любовью к царице. Коронование дочери при жизни царя имело место только в Грузии эпохи Руставели, и никогда ни в какой другой стране подобное событие не повторялось. Помните, этим событием и начинается поэма Руставели:
– Легендарная история приписывает Тамаре сооружение всех замечательных храмов и крепостей Грузии, и это недалеко от истины. Христианство и гражданственность среди кавказских горцев распространились благодаря энергии и заботам Тамары. Церковь причислила ее к лику святых.
– Спасибо вам за великолепный рассказ! Дедушка, а можно я вас обниму, и мы сделаем снимок на память? – спросил Кевин.
– Конечно, мальчик мой, а ты из какой страны будешь?
– Из Доминиканской республики, слышал о такой?
– Не только слышал, но и бывал там разок, я ведь старый моряк, капитан корабля Гиоргий Хведелидзе! – с достоинством и гордостью произнес старик.
– Вот это приключения! – воскликнул Андрэ. – Как нам повезло, ребята!
– А где же Нарцисс? – беспокойно спросил Сандро.
А Нарцисс, не теряя времени на «телячьи нежности», принялся искать сокровища царицы. Он обошел алтарь со всех сторон, останавливаясь у каждого подозрительного предмета, но ничто не указывало ему на присутствие драгоценностей.
Аннет ходила по залу храма, рассматривая необыкновенной красоты живопись; она целиком ушла в себя, впечатленная увиденным и услышанным за последние дни. Подойдя к алтарю, она склонила голову, желая посмотреть, какая икона лежит на нем. В этот самый момент алтарь стал потихоньку двигаться вправо и Аннет увидела маленькие ступеньки, которые шли глубоко вниз.
– О, святые! Дедушка, ребята! Идите все сюда!
– Ты и теперь будешь отрицать свое сходство с великой царицей, детка? – сказал мсье Сесиль.
– Я не знаю, что еще нам встретится на пути… – начала было Аннет, но ее прервал грубый окрик Нарцисса:
– Никто из вас не двинется с места! Только я достоин сокровищ королевы, это мне она приснилась! Я, пожалуй, возьму с собой крошку Аннет, она может мне пригодиться – и он схватил Аннет, угрожая остальным пистолетом.
– Сандро! Дедушка Анри! – кричала заложница.
Брайан, стоявший за спиной Нарцисса, быстро и тихо повернулся, схватил первую попавшуюся железную стойку и ударил Нарцисса по голове, тот обернулся, на его лице отразились ярость и удивление, ослабил на мгновение хватку. Аннет выхватила пистолет у него из руки и перебежала на другую сторону, а Эмилио, потеряв равновесие, упал на ступеньки и с громким криком покатился вниз.
Лика и Кевин, старик Гиоргий и Андрэ наклонились над манящей темной бездной.
До нашего времени дошли также и романтические легенды о царице Тамаре. Одна из них не дает покоя историкам. Тамара правила Грузией и своим собственным двором в Мцхете твердой рукой, нередко вызывая недовольство отдельных феодалов. Непривычно было свободолюбивому грузинскому дворянству подчиняться «слабой» женщине.
