- Речь об особом свойстве человеческого мышления, - покорно объяснил Аналитик; он явно сознавал бессмысленность усилий, - таком, как экономность. Ресурсозатратные процессы прерываются не в тот момент, когда приходят к естественному завершению, а тогда, когда их итог становится ясен с приемлемой долей вероятности. Лаборатории часто финализируют эксперименты принудительно, не доводя их до логического конца. И сейчас ты вовсе не должен ждать. Это обязанность программ – отслеживать процесс от первого до последнего этапа. А ты – пользователь, и свой результат ты уже получил.
- Мунин, всё это правда, или Лори велел тебе сказать это?
Ворон сник.
- Если быть совершенно точным... для полной уверенности нужно больше статистики.
Артур кивнул.
- Я так и думал.
Лори сорвался с места и вцепился в его рукав.
- Артур! – почти выкрикнул он. – Скажи мне, зачем ты упираешься? Зачем?! Это доставляет тебе удовольствие? Тебя радуют страдания живых существ? Бессмысленные страдания?! Должна же у тебя быть какая-нибудь совесть!
Глаза его дико сверкали, на ресницах показались слёзы. Жёсткие светящиеся волосы приподнялись, как звериная шерсть, и косы выглядели растрёпанными. Артур пожал плечами.
- Была какая-то, - философски сказал он, - да вся вышла.
Лори заметался. Взгляд его стал безумным.
- Не провоцируй его, Артур, - сказал Хара с ухмылкой. – Это закончится манифестацией.
Тяжело дыша, Лори уставился на Пса. Хара возлежал на ковре в позе почти собачьей, уронив голову на руки. Он выглядел расслабленным и вполне довольным, жёлтые глаза искрились от смеха.
- И что? – уточнил Артур.
- Полностью манифестированный Голубь Мира? – Хара фыркнул. – Кто как, а я спрячусь.
Артур свёл брови к переносице.
- Голубь чего?
- А ты думал, Лори – Утешение? – Ликвидатор поднял голову и показал в улыбке клыки. – Да, у Лори есть такой аспект. Это его любимый аспект. Но на самом деле он – Голубь Мира. Проще говоря, Совесть. В тяжёлых случаях – даже Мораль. Как всякая Мораль, он очень кровожаден. Как всякая Совесть, является изощрённым садистом.
- Хара, - прошипел Лори, - заткнись. Просто заткнись.
Красный Пёс сощурился.
- А я очень мстителен, - сказал он. – Твои шутки тебе с рук не сойдут. Знаешь, как выглядит манифестация Голубя, Артур? Все будут плакать и брататься. Брататься и плакать. Все лютые враги. Прямо на поле брани. Лори пробудит совесть даже в тех, у кого её никогда не было. Его жертвы познают муки раскаяния, сострадание, чувство вины, стыд, непреложный нравственный закон... и прочие ужасные, чудовищные вещи из пыточного арсенала Голубя. Они познают их в единый миг и в полной мере. Их души, непривычные к внутреннему диалогу, получат невообразимо болезненные раны. И вот тогда им потребуется аспект Утешения...
Артур свалился со стола и катался по полу, рыдая от хохота. Приподнявшись, он радостно уточнил:
- Пуля в висок?
- Удел счастливчиков, - отметил Хара. – Некоторые умоляют о пытках. Теперь понимаешь, насколько опасен наш брат Лори? Я, например, его боюсь.
Артур прислонился спиной к ножке стола и некоторое время пытался отдышаться. Потом сказал:
- Мне говорили, что папа любит и умеет делать чудовищ. Но до сих пор я, похоже, не вполне понимал... – он прервался на полуслове и вновь захихикал.
Лори стоял над ним с каменным лицом. Губы его побелели и сошлись в нитку, свечение волос угасло: из золотых они стали почти серебряными. Взгляд Голубя, мрачный и бессветный, был устремлён на Артура, но Артура он, казалось, только смешил...
- Ладно, - наконец сказал Голубю Артур. – Хватит с меня морали. Лучше сделай мне что-нибудь приятное. В качестве Утешения.
- Вот как?.. – немедля откликнулся Лори. Рот его на миг искривила жутковатая усмешка: – Охотно.
На лице Мунина сменилось сразу несколько неопределённых выражений. Жёлтые глаза Хары широко раскрылись. Лори змеиным движением скользнул к Артуру и устроился на полу рядом с ним. Артур покосился на него с любопытством.
- Артур, - воркующе сказал Лори, - ты, кажется, хотел поиграть? Почему бы и нет?.. Классы персонажей будут не совсем теми, к каким ты привык. Но ничего чересчур оригинального.
Лори поднял тонкую руку, щёлкнул пальцами. Голографические экраны отключились, уступая место другому интерфейсу. Лори придвинулся ещё ближе к Артуру, пристроил подбородок ему на плечо. Волосы его снова засветились золотым. Полуосознанно Артур склонился набок, навстречу Утешению, хотя смотрел он только на игровой интерфейс. На долю секунды Лори задумался, изобретая и воплощая дизайн игры, потом продолжил:
- Герольд Солнца...
Полупрозрачная трёхмерная фигура выступила из небытия. Герольд тревожно огляделся. Его пластика состояла из набора циклических движений, как у любого игрового персонажа. Артур усмехнулся: у Герольда было его лицо, но облагороженное сознанием высокой цели. Поверх непримечательной удобной одежды белел медицинский халат. Лори немного подождал реакции Артура и предложил следующего персонажа:
- Смертная Тень.
Мунин переполошился.
- Я прошу вас не использовать Тень для развлечения! Это... это может привести к сложным последствиям!
