– Ты можешь пойти с нами и помочь, если хочешь, – предложила мама и протянула ей запачканный угольной пылью буклет. – Миссис Макферсон говорит, что в такое время лишняя пара рук – на вес золота. Может быть, если ты сделаешь что-то для фронта, то сможешь немного отвлечься. Даже если это всего лишь варенье. Мы собираемся заниматься этим и по выходным, когда ты не будешь на работе.
В страховой конторе отца Элла отвечала на телефонные звонки и печатала на машинке, но мать подозревала, что такая работа не была столь уж значима. Мистер Леннокс настоял на том, что секретарские навыки его дочери крайне необходимы в офисе, когда его бывшая секретарша, грозная мисс Макинтайр, уволилась и ушла работать на военный завод на следующий же день после объявления войны.
Элла не обратила внимания на протянутый матерью буклет, поглощенная статьей в газете. Внезапно ее глаза заблестели в свете костра.
– Знаешь что, мама? Я думаю, ты права. Мне действительно нужно сделать что-то настоящее. Важное. Папа, мне очень жаль, и я знаю, что страховка – это жизненно важный винтик в механизме нашей страны, как ты всегда и говорил, но я просто не могу больше сидеть в офисе. Посмотрите на эту статью: женщины призываются на военную службу. Не воевать, конечно, а выполнять посильную работу. Требуются новобранцы. Я собираюсь вступить в ЖВВС![69] О, папочка, пожалуйста, позволь мне!
Мистер Леннокс забрал у нее газету, просмотрел еще раз, хотя уже прочел все от корки до корки и прекрасно понимал, какую статью она имеет в виду: под ней был изображен агитационный плакат с бодрым призывом – «Служите в ЖВВС с теми, кто летает».
Наконец он отложил газету и взглянул на дочь. Она смотрела умоляюще, и на ее осунувшемся, бледном лице появилось воодушевление, которого он не видел уже несколько месяцев.
– Если ты серьезно, Элла, то мы подумаем, – он поднял руку, чтобы предупредить ее взволнованное восклицание, – но при одном условии. Ты можешь попробовать поработать в женской вспомогательной службе, которая наверняка является полезным и необходимым учреждением, судя по тому, что я прочитал. Но только если тебе удастся получить эту работу здесь, в Шотландии. Я не могу допустить, чтобы ты уехала далеко от дома в столь юном возрасте. Мы должны иметь возможность видеть тебя время от времени, чтобы быть уверенными, что с тобой все хорошо.
Она обняла его и звонко чмокнула в щеку.
– Спасибо тебе, папочка, спасибо!
Каретные часы на каминной полке пробили полночь.
– Ну, ладно, – сказал отец и поднялся, собираясь налить три маленьких бокала сладкого шерри из графина на буфете, но прежде чем сделать это, достал из кармана брюк носовой платок и очень тщательно вытер глаза. Он наполнил бокалы только наполовину, а затем передал их Элле и миссис Леннокс. – Я предлагаю тост. За одна тысяча девятьсот сороковой год. За всех нас. Пусть все мы будем в безопасности, и пусть эта ужасная война быстро закончится! – с нажимом произнес он, потом сделал паузу и кашлянул. – И за отсутствующих друзей.
– За отсутствующих друзей, – эхом повторила Элла. Она быстро допила свой шерри, поцеловала родителей на ночь и побежала наверх, чтобы написать письма Каролин и Кристофу, сообщив, что она скоро пошлет им всю свою любовь и защиту с помощью ВВС Великобритании, частью которых она отныне намеревается быть.
Элла постучала в дверь аскетично обставленного офиса КВВС[70] в Галфорде. Ее темно-русые с медовым отблеском волосы были уложены в аккуратный пучок, а в руках она сжимала сумочку, в которой лежали ее диплом и рекомендации из колледжа секретарей Бьюкенена. Чей-то голос рявкнул: «Войдите!» Элла быстро оказалась перед офицером эскадрильи Макферсон, столь же грозной невесткой миссис Макферсон, которая возглавляла отделение шотландского «Женского Института», где мать Эллы помогала варить варенье для фронта.
– Итак, Элеонора, вы хотите вступить в женскую вспомогательную авиацию, – начала офицер эскадрильи Макферсон, смерила Эллу стальным взглядом и разложила ее бумаги на столе перед собой. – На данном этапе нам предстоит выполнить целый ряд задач, и я должна сказать, что ваши секретарские навыки будут весьма кстати в нашем офисе здесь, в Галфорде. Да, спасибо, Виктория, вы можете оставить поднос здесь, – переключилась она и замолчала, свирепо глядя на девушку в синей форме военно-воздушных сил, которая только что принесла две чашки чая, как было приказано, и медлила, улыбаясь Элле, вместо того чтобы быстро вернуться на свой пост у картотечных шкафов в приемной.
