По правому боку, Джейм могла видеть зияющую дыру, сквозь которую провалилась башня, окруженную покосившимися зданиями. Некоторые со скрипом раскачивались и роняли камни в воронку. Другие тяжело осели, похрустывая, на своих разбитых основаниях. Чем быстрее Котифир получит обратно своего короля-бога, тем лучше.
Они двинулись в сторону бывшего местоположения кенцирского храма. Башни, что Джейм проходила, стояли тёмными и тихими, оконные ставни плотно захлопнуты. Под двойной угрозой как армии снаружи ворот, так и врага внутри них, горожане предпочли попрятаться. Хотя откуда-то издалека доносились крики и периодический грохот. Карниды бы не стали вести себя столь шумно, как и, вероятно, боги Старого Пантеона. Кому там ещё не сидится этой ночью дома?
Вот и место, где она в последний раз встретила Дорина, сын Денека, сына Диннита Сероглазого, рядом с разрушенным основанием башни, что прежде скрывала в себе кенцирский храм. Руины всё так же громоздились тёмной массой в слабых предрассветных лучах. Несмотря на её долгое отсутствие, с ними так ничего и не сделали.
Жур с рычанием припал к её ноге. Из теней возникли три тёмные фигуры и беззвучно двинулись к ней. Карниды, без сомнения. Джейм стоило бы сбежать, но у неё оставалось здесь незаконченное дело. Она скользнула в боевую позу. А затем кто-то шагнул между ней и приближающимися людьми.
- "Не смотри," - велел огненно-рыжий Любимчик Земляной Женщины Джейм через плечо. А затем широко распахнул свою куртку.
Улицу залило ослепляющим сиянием, много яростнее того, что испускал его предшественник, когда воплощал собой солнце в ритуале летнего солнцестояния. Свет легко пронзил насквозь и окрасил в кроваво-красный цвет закрытые веки Джейм, пусть даже она отвернулась и закрыла лицо руками. Она услышала, как закричали карниды, и учуяла что-то палёное. А затем они заковыляли прочь, их лица усохли от жара, а глаза, взорвавшись, стекали по их бородам.
Любимчик закрыл и плотно застегнул свою куртку, хотя свет всё ещё сиял по швам. Затем он повернулся к Джейм. - "Что ты здесь делаешь?"
- "Пришла кое-что вернуть."
Она вытащила миниатюрный храм из кармана, где его острые грани всю ночь украшали синяками её бедро, и осторожно поставила его на дорогу рядом со входом в шаг-вперёд туннель. Внутри запищали тоненькие, возмущённые голоса. Храм запульсировал и взялся расти, заставляя Джейм и Любимчика поспешно отскакивать назад, но внезапно остановился, достигнув только лишь трёх футов высоты. Одна сторона распахнулась подобно двери и наружу с трудом выбралась скрюченная фигура. Верховный жрец выпрямился и оправил свои одеяния.
- "Ну?" - потребовал он, его слепые глаза пылали яростным огнём. - "Ты вдоволь натрясся нами подобно игральным костям в коробочке? Отвечай, кем бы ты ни был!"
- "Храм продолжит расти?"
- "Всёму своё время. Я знаю твой голос. Ты та жалкая девчонка, что зовёт себя Талисман. Где мой внук Дорин?"
И как же лучше на это ответить?
- "Я боюсь," - сказала Джейм аккуратно, - "что он погиб, пытаясь спасти вас от карнидов."
- "Что, как? А, неважно. В любом случае, виновна ты. Жрец Иштар предупреждал нас, что ты сущее бедствие и оказался прав."
Он потянулся её сграбастать, но она вильнула в сторону. Его птицелапые руки заизвивались, пытаясь вытянуть энергии, чтобы по ней ударить, но храм всё ещё был слишком маленьким.
- "Позже," - пропыхтел он. - "А теперь, проваливай!"
- "Что за неприятный старик," - заметил Любимчик, когда они уходили, едва не пускаясь бегом.
- "Ты его понял?" - Жрец говорил на кенском.
- "Нет, но злоба не требует перевода / переводит сама себя."
- "Что творится в городе?"
- "Сама видишь, мы охотимся."
Они сделали паузу, дабы пропустить стаю лягушек, пропрыгавших мимо в боевом построении: "ДЖИИП, джиип, джиип..."
- "Но здесь оказалось меньше карнидов, чем мы того ожидали. А между тем, Мастер Нужнозадый и его сторонники штурмуют башни сокровищ, однако я думаю, что они устоят. Затем есть быки-боевики Принца Тона, обороняющие Башню Роз от Гильдии Оружейников."
- "Король Кротен всё ещё там?"
- "На верхушке, вместе с Принцем Тоном и Принцессой Амантиной. Тон хочет, чтобы его дядя отрёкся. Он боится, что если совершит цареубийство, то белый ему не достанется. Они сидят у Кротена всю ночь. Король, верно, крепче, чем кажется."
Он сделал паузу и бросил на неё косой взгляд. - "Я ведь прав, верно? Ты однажды сама была Любимчиком."
- "Как ты это узнал?"
- "С тех пор, как я выиграл красное, ко мне в голову лезут странные мысли. Ладно, скажи мне: как ты умудрялась управляться со всеми этими женщинами? Они выстраиваются в очередь у моей двери каждую ночь. Я едва успеваю хоть сколько-то спать."
III
