Джейм осторожно отворила двери в то, что оказалось широким, квадратным низкополоточным залом. Массивные колонны по краям поддерживали перекрытия верхнего этажа. За исключением окаймляющей дорожки белого мрамора, ничто иное не нарушало этого соболино-чёрного простора, за исключением прямоугольных пятен лунного света, струящегося внутрь сквозь распахнутые окна.
Возможно ли, что это верхушка чёрной скалы? Если так, то она с тем же успехом вмурована в башню, что и похоронена под ней, и ни тот, ни другой вариант не казался особенно безопасным. Попирая своё же собственное благоразумное суждение, Джейм шагнула на камень. Она ещё никогда прежде не сталкивалась с неактивным храмом. Это было, как поставить ногу на спину индифферентного чудовища, замаскированного под чёрную танцевальную площадку.
- "Возможно, прямо сейчас," - сказал тогда Тиммон, - "Джеймсиль Плетущая Мечты вытягивает танцем души кенцирского Воинства."
Ей вспомнился тот тёмный пол из мозаики, стреляющий венами светящегося зелёного в центральной зале Дома Мастера. Его коснулись изящные, обнажённые ножки и вены разом запульсировали. Скольжение, нырок, поворот, усеянный звёздами танцевальный водоворот и увлекаемая им спиралью сила. Она танцевала под мурлыканье своей собственной мелодии, улыбаясь и улыбаясь, и наблюдающие качнулись вперёд, зачарованные, соблазнённые. Такая красота, такая сила, такая невинность, служащая такому злу...
Джейм сграбастали мощные руки и рывком отбросили её с чёрной скалы прямо на стену. Мрамор под её спиной содрогнулся, когда башня качнулась, скрежеща по угрюмым и неподъёмным боковым блокам храма.
- "Падение происходит, и прямо сейчас," - сказала она, сморгнув, и сфокусировавшись на лице Шиповник над ней. - "Простите."
Кендар её отпустила. - "Порой," - заметила она, - "ты меня пугаешь."
- "Делай, как я говорю," - бросила Джейм Тернослив, наблюдающей за ней со вздёрнутыми бровями. - "А не как поступаю."
- "Ну что вы, у меня на такое никаких шансов, десятка," - отозвалась кадетка. - "Вы указали мне мои пределы."
Некоторые колонны треснули и упали. Большинство же, однако, всё ещё стояли, удерживая верхний этаж.
Но скала не двигалась, подумалось Джейм.
Всё это было так, как будто квадратный костыль или стержень (square peg - нечто неподходящее, напр.: квадратный гвоздь) задолбили в живую плоть этого мира. Кроме того, присутствовало ощущение жёсткой скованности, в отличие от других храмов, что она посещала. Смогут ли жрецы с ним управиться, когда прибудут, если не смогут в него зайти? Да и дойдёт ли до этого дело? В нём уже волновалась нарождающаяся сила, и Лангадин содрогался как от боли. Интересно, похожи ли все остальные храмы на этот, способные разнести своих владельцев на куски? И знали ли Строители, этот маленький, серый, невинный народец, какие разрушения могли породить их творения? Она скорее винила Трёхликого Кенциратского Бога, который столь грубо использовал всё подходящее в своей, по всей видимости, бесконечной битве против Тёмного Порога.
Три кенцира вернулись на наружную лестницу и осторожно двинулись по ней вверх. Всё кругом скособочилось и накренилось, будто только чёрная скала внизу предохраняла всё строение от разрушения и падения. Здесь не было никаких наружных перил или поручней. И всякого охватывало ощущение того, как будто он в любую минуту мог свалиться вниз.
Стражники распластались у входа на третий этаж, спящие. Один, возможно, был мёртв. Тернослив пожала плечами. Несчастные случаи есть несчастные случаи.
Джейм постучалась в дверь. Та с треском открылась, потом рывком затворилась, но замок не защёлкнулся. Они вошли.
- "Здравствуйте?"
Никто не отозвался.
Внутри, пол был забросан парчовыми подушками и черепками фарфоровых ваз, слетевших с высоких полок. Нижнюю часть свежетреснувших стен покрывали искусные росписи, изображающие луговые просторы и лесные дебри в драгоценно-яркой окраске. Внутреннее пространство разделяли на части шёлковые занавески, часть из которых была порвана и все они колыхались от слабого блуждающего ветерка. Всё говорило об уютной жизни без всяких забот, грубо нарушенной. В дальнем углу скорчилась женщина, сжимающая яркоглазого пятилетнего ребёнка.
- "Хрясь!" - сказал он с явным восторгом, напоминая Джейм о юном Бирни. - "Давай повторим!"
- "Леди Калан?" - Джейм медленно двинулась вперёд, чтобы не напугать женщину ещё больше. Под сапогами хрустело стекло и катались стеклянные шарики от какой-то настольной игры.
Искательница была всё такой же, как она её помнила, только старше, её белокурые волосы потускнели в серебряно-серые, и тоньше, её плоть начинала болтаться на кости. Она замигала на Джейм в потрясённом узнавании.
- "Лордан? Что вы здесь делаете?"
- "Вас ищу. Почему вы не вернулись обратно?"
- "Обратно?" - Калан встала, всё ещё потрясенная. Для неё, в конце концов, всё это случилось более десятилетия тому назад. Она взмахнула руками.
