«О нет», — едва не простонала Гидра. И стала одеваться так медленно, как только возможно. Невзирая на то, что Аврора помогла ей разобрать волосы и принесла ей нефритово-зелёное платье из цсолтигского шёлка, Гидра всеми силами оттягивала момент нежеланной встречи. И снова оправдывалась, ища поводы остаться из-за серости своей кожи и болезных кругов под глазами, которые теперь не скрывала пудра. Но Аврора нарядно уложила её пышные рыжие волосы и умудрилась создать ей весьма презентабельный образ.
Так что к полудню они обе вышли к Аванзалу Принца. Однако Энгеля там не оказалось. Тогда они спустились в гостиную.
Повсюду суетились слуги, что бегали с сумками, сундуками и шкатулками. Похоже, некоторые из знатных гостей собирались уезжать.
Под длинным гобеленом, изображавшим белого дракона Мив-Шара с густой серебряной гривой, собрались все первые лица Рэйки: диатр Эвридий, диатрины Эван и Энгель, марлорды Тавр и Вазант, и некоторые иные. Все они галдели и спорили.
— Мне потребуется время! — возмущался Тавр, тряся рыжими волосами. Наконец он из непривычного белого переоделся в ярко-красный дублет с плащом тигрового цвета. — Время и отработка! Вы хоть помните, Ваша Диатрость, когда в последний раз звучали боевые трещотки?
— Не задерживайтесь, марлорд, — сурово отвечал обожжённый король и хмурил безбровое лицо. — Рисковать, разумеется, нельзя. Но и промедления я не потерплю. Отплывайте на Аратингу сейчас же.
— А Лукавый?
— Лукавый полетит только в том случае, если успеет свыкнуться с Энгелем.
— Я немедленно займусь, — быстро кивнул белоснежный диатрин. И обратился к одному из своих рыцарей:
— Сэр Леммарт, две сотни мечей иксиотов должны быть готовы до заката!
— Слушаюсь, Ваше Диатринство!
— А как же Сакраал? — взволнованно вставил заспанный Эван. — Можно ли его разбудить трещоткой?
— Нет, нет, Сакраал больше не выйдет на бой… — и диатр Эвридий покосился на Тавра. — По крайней мере, не в одной стае с драконами из Оскала.
«Да что происходит?» — изумилась Гидра. Диатрин Энгель быстро пошёл в их сторону, к арке, и она отшатнулась вбок; но Аврора, напротив, остановила принца и в ужасе посмотрела на него.
— О чём вы говорили? — выпалила фрейлина безо всяких расшаркиваний. — Причём тут бои?
Энгель остановился. Кинул на Гидру тяжёлый взгляд, но ответил кузине со всем спокойствием:
— Барракатские солдаты атаковали сеть приграничных фортов. Это похоже на спланированный налёт. Рэйка должна дать ответ немедля.
— Но ты что же, уедешь? — ахнула Аврора. Она едва доставала ему макушкой до ключиц, но стала яростной, как перепёлка над гнездом. — Ты же только женился! Ты не можешь так поступить с Её Диатринством!
Ошеломлённая Гидра вжалась в каменную стену, и не зря — гневным взглядом Энгеля можно было разогнать целую стаю красных волков.
— Ничего, переживёт как-нибудь. Верно, диатрисса? — и он, не дожидаясь ответа, пошёл прочь, на ходу застёгивая на себе ремень для ножен.
Аврора всплеснула руками и покачала головой.
— Впервые слышу от него такую грубость! — возмутилась она и посмотрела на Гидру.
«Сейчас начнёт спрашивать, что я натворила», — уныло подумала Гидра.
— Это совершенно не пристало диатрину, а нашему Энгелю и вовсе не к лицу! — искренне воскликнула Аврора. — Это было хамство! Я немедленно догоню его и скажу, что…
Однако Гидра поймала её за рукав.
— Постой, — быстро сказала она. Мысль постепенно улеглась в голове.
«Диатрин едет на границу… намечается какая-то война, а значит… он будет делать всё, чтобы держать врага подальше от побережья. Послать мужчину на войну — это ж почти то же самое, что женщину замуж! Я ещё долго его не увижу».
Аврора хлопала ресницами, но Гидра думала ещё усерднее.
«Сейчас Лукавый нужен ему, как никогда, и поддержка драконов Тавра сыграет решающую роль. Он просто не посмеет объявить о том, что консумация не состоялась. Разумеется, он не раз вернётся к этому, но пока война станет держать его при себе, я буду…»
Глаза её распахнулись широко, как у кошки Лесницы.
«Я буду одна в Мелиное!»
Оставалось надеяться, что диатрис Монифа не позовёт её в столичный Рааль под предлогом воспитания или чего-то эдакого. Но ведь всегда можно было сказать: «Я теперь не только диатрисса, но и марледи Мелиноя, и это мой дом».
— Не ходи, — наконец сказала Гидра твёрдо. И удержала расцветающую на лице улыбку.
Аврора изумилась, пытаясь прочитать изменения на её лице.
— Но Ваше Диатринство, я не только его двоюродная сестра, я ещё ваша фрейлина и не позволю ему так…
— Нет-нет, диатрин просто взволнован, — Гидра на сей раз прощала легко, как никогда. — Ему, несомненно, нужно созвать войска, скоординироваться с отцом, да ещё и Лукавого попробовать приручить. На его месте любой бы посуровел.
— Н-но…
— Даже не вздумай вмешиваться в мужские дела, — назидательно, с клокочущей в горле иронией проговорила Гидра материнские слова. — Они взвалили на себя ношу защищать Рэйку, и мы не должны лезть им под руку.
Как сладко звучали эти доселе утомительные фразы!
