Немногие на Горе верят в существование большого корабля, построенного Терситом, хромым, презираемым, полуслепым и полубезумным корабелом, первоначально происходившим из Порт-Кара. Конечно, скажут они, это не больше, чем байки моряков. Однако из предыдущей книги мы узнали о том, что огромный корабль, спущенный на воду необычными воинами для некой таинственной миссии, был втайне от всего остального Гора построен в северных лесах и, пройдя по Александре, вырвался в Тассу, начав свое путешествие к «Концу Мира», рискнув войти в воды, лежащие за Далекими островами, откуда не возвращался еще ни один мореплаватель.
John Norman
MARINERS OF GOR
Copyright © 2011 by John Norman
Переведено специально для группы «Джон Норман»
— Я ходил на большом корабле, — заявил незнакомец. — Да, на корабле, построенном Терситом.
— Он сгинул в море, — отмахнулся от него мужчина.
— Он свалился с края мира, — вставил другой.
— Слушайте, — продолжил незнакомец. — И я поведаю вам историю.
— За кубок паги, — хмыкнул человек в тунике цветов Торговцев.
— Слышали мы уже такие истории, — засмеялся кто-то из завсегдатаев.
— Ты — лгун, — обругал его тавернер.
— Тысячи кораблей швартуются в гавани Брундизиума, — усмехнулся кто-то. — Это десятки тысяч морских баек.
— Но никто из них не расскажет о корабле Терсита, — покачал головой незнакомец.
— Нет, конечно, — проворчал человек по соседству, — потому что нет никакого корабля Терсита.
— Точно, нет такого корабля, и никогда не было, — поддержал его другой завсегдатай. — Терсит был безумцем. Он сбежал из Порт-Кара.
— А я слышал, его изгнали оттуда, — сообщил третий.
— Такой корабль нельзя построить, — сказал четвертый.
— Тем не менее, он был построен, — стоял на своем незнакомец.
— И где же его могли построить? — поинтересовался его оппонент.
— В северных лесах, — ответил незнакомец.
— Чушь, — рассмеялся завсегдатай.
— И вышел в открытое море, в Тассу, из Александры, — добавил незнакомец.
— Ты его своими глазами видел? — спросил его торговец.
— Конечно, — кивнул тот, — причем с борта корабля.
— Ну Ты и выдумщик, — бросил тавернер.
— И что же произошло дальше? — полюбопытствовал один из присутствующих.
— Именно об этом и будет моя история, — пожал плечами незнакомец.
Дело было в «Морском Слине», маленькая таверне, знавшей лучшие времена, расположенной в каких-то ярдах от воды, в районе южных пирсов. Уже давно стемнело. Потрескивал тарларионовый жир в масляных лампах, свисавших на тонких цепях с балок низкого потолка зала таверны. Горело лишь несколько из них, только над теми столами, за которыми еще сидели припозднившиеся посетители. В зале стоял полумрак, поскольку большая часть столов пустовала, а над теми, что еще были заняты, лампы горели тускло. Тавернер велел прикрутить фитили. Экономил топливо. Не играла музыка. Танцевальная площадка пустовала. Учитывая характер этого заведения, малое количество и бедность клиентов, хозяин «Морского Слина» мог позволить себе нанять музыкантов только в разгар сезона, а сейчас шел второй месяц осени, в Брундизиуме называемый Ликорг. Жизнь в гавани почти замерла. Разве что небольшие суденышки мелких купцов, промышлявших прибрежной торговлей, заходили в порт и оживляли унылую картину.
До прибытия незнакомца в таверне царило спокойствие. Только, изредка слышался звон кубков, да время от времени скрип деревянного подноса на низком столе, иногда к ним добавлялся стук фигурки каиссы, переставленной на другую клетку. Если кому-то захотелось бы прислушаться, он смог бы расслышать прилетавший снаружи, из-за неплотно прикрытой двери, плеск воды в сваях причалов. Широкая, могучая Тасса напоминала в темноте о своем незримом присутствии. «Морской Слин» не относился к большим и известным тавернам Брундизиума, одного из крупнейших портов на Тассе, таким как «Брильянтовый Ошейник», «Радости Турии», «Дина», таверны Чанга, Хендоу или тому подобным. Клиентами здесь главным образом были портовые бузотеры, моряки, спустившие большую часть заработанных за рейс монет в более престижных тавернах, бродяги, странники, мелкие торговцы, изгнанники, наемники самого низкого пошиба, готовые обнажить меч за кусочек серебра или просто ради хорошей драки. Незнакомец сидел, скрестив ноги за одним из маленьких столов. Вокруг него столпились несколько человек. Полутьма зала скрадывала черты лица мужчины, видно было лишь темное пятно, окруженное красноватым ореолом. У большинства из тех, кто обступил его, нельзя было разглядеть и того. Их лица терялись в темноте. Некоторые из них еще держали в руках полупустые чашки с пагой. Подносы уже были собраны, а доски каиссы сложены и убраны, красные и желтые фигурки спрятаны внутри в двух мелких отделениях, по одному для каждого цвета. Это не то, чтобы необычная компоновка в тавернах, но чаще доски каиссы — простые, нескладывающиеся, а фигуры хранят отдельно в коробках или мешках. Члена Касты Игроков, кстати, легко можно опознать по их красно-желтыми клетчатым одеждам, доске на ремне, переброшенном через плечо, и мешку с фигурками на поясе. За сколько вы сможете сыграть с ним, зависит от Игрока. С одним можно расставить фигуры всего лишь за бит-тарск, с другим не хватит и золотого арского тарна. Говорят, что сам Сентий с Коса как-то играл в Брундизиуме.
— Если у тебя есть интересная история, которую стоило бы послушать и расплатиться выпивкой, — усмехнулся тавернер, — почему бы тебе не пойти и не рассказать ее где-нибудь в верхнем городе, скажем, в «Брильянтовом Ошейнике»?
Незнакомец немного помолчал, а потом негромко произнес:
— Я хочу паги.
