– Неотёсаные мужланы, не так ли? – кто-то, кажется, обращался к Иннокентию.
Юноша огляделся и увидел невдалеке юношу с чёрными вьющимися волосами и сложенными накрест на груди руками. Вид его был знаком Иннокентию, однако, он никак не мог припомнить, где видел его.
– Вы что-то сказали?
– Я сказал, что крестьяне крайне невоспитанны, – ответил собеседник Иннокентия.
«Чтоб я ещё в лес пошел один!» – подумал про себя Иннокентий.
– Однако, не сочтите их невежество себе в укор, – продолжил черноволосый. – Они попросту вас не заметили, и в этом, признаюсь, нет их вины, хотя бы в этот раз…
– Слушайте, а вы не могли бы как-нибудь попроще говорить? Я тоже как эти мужики, такой же, и мне, честное слово, непонятно ничего из того, что вы говорите.
– Вероятно, сперва я должен представиться, – мягко поклонился черноволосый. – Мы с вами встречались совершенно недавно, во дворце, куда вы прибыли в сопровождении трёх спутников, среди которых был бард…
– Ну, конечно! Конечно! Вы флейтист, который спустился к нам с королевой? Конечно, я вас сразу узнал! – обрадовался Иннокентий.
– Прекрасно, а теперь к делу. Я обещал препроводить вас во дворец…
– Что же, с удовольствием. Пойдёмте! – Иннокентий радостно зашагал с музыкантом. – А как сама королева?
– Увы, – ответил флейтист. – Они убили её.
– Как? – неподдельно ужаснулся Иннокентий. – Кто эти они? За что? Неужели?..
– Нет, что вы, не торопитесь говорить вслух всё, что приходит вам в голову, – флейтист грустно улыбнулся. – Ваш друг бард и потомок Светозары, которая состояла в противоборстве с Клариссой, бабкой нашей королевы, здесь абсолютно ни при чём. Хотя, конечно, это единственный человек, которому сие было бы выгодно. Но… Увы, жизнь такова, что, ожидая прилета гусей с юга, не замечаешь пожар, который спалит твой дом с востока.
– Чудно, – сдвинул брови Иннокентий. – Я, правда, половину не понял. Но что же случилось с королевой? И почему вы мне помогаете, если знаете, что я, как бы сказать, друг того….
– Что вы – противоборствующая сторона, не так ли? – уточнил флейтист.
Иннокентий не очень уверенно, но кивнул.
– Да, почему вы мне помогаете?
– Видите ли, – флейтист подыскивал слова. – Я помогаю не вам.
– А зачем же вы тогда ведёте меня во дворец? – ужаснулся своей догадке Иннокентий.
– Нет, юноша, и убивать я вас не собираюсь, и заточать в темницу… Сколько в голове суетных мыслей, когда нет в ней места рассуждениями и дисциплине, – флейтист качал головой. – Я не служу вам, и я не служил королеве. И, более того, я не служу ни одному из будущих королей. Хотя… Все они уверены, что я служу именно им.
– А на самом деле? – забежал вперед Иннокентий.
– А на самом деле, – флейтист остановился и широко улыбнулся. – На самом деле, я просто живу во дворце, и надо же мне чем-то заниматься.
– Так это и называется, слуги? – не отставал Иннокентий. – В замке живут либо короли, либо слуги. Кто не король, тот слуга…
– Не торопитесь, во дворце ещё живут…, например, коты. Разве они кому-то служат? Более того, вы знаете о правах кота при дворе?
– Нет, мне и в голову не приходило, что у котов при дворе особенные права.
Флейтист засмеялся.
– Нет, конечно, никаких дворцовых прав у кота нет. Но кот, в отличие от слуг, может смотреть на королеву, когда ему вздумается, и так долго, сколько он пожелает. Слуги же, напротив, должны смотреть вниз, на подол платья королевы…
– Вряд ли вы – кот?
– Нет, – улыбнулся флейтист. – Но в чём-то мы с котами похожи. Я живу при дворце. Всегда. Среди слуг. Вечно. Понимаете? Я живу во дворце с самого первого дня дворца.
– Не понял? – удивился Иннокентий.
– Я живу среди слуг, однако я не слуга. Если вы запросите ведомости, в которых можно было бы найти сведения обо мне, вы вряд ли такие отыщете. Как вам известно, не только власть королей переходит по праву рождения, но и слуг также подбирают по семейным признакам. А я, признаться, оказался во дворце совершенно случайно.
– Что значит вечно? – перебил его Иннокентий.
