По счастью, «Златоглазая пантера» была выстроена по образцам архитектуры Офира — широкие проходы и высокие потолки, что в жарком климате являлось насущной необходимостью: летом горячий воздух поднимался наверх, а помещёния продувались сквозняком. В ином случае будка не пролезла бы по лестнице, ведущей в цокольный полуподвальный этаж. Джемима слабым голосом объяснила, что используется он «для особых гостей и особых развлечений», таковые гости появляются нечасто, а потому сейчас внизу никого нет.
— Очаровательно, — заключила Лорна, окинув взглядом зальчик, на стенах которого были развешаны всевозможные странные приспособления вроде шелковых плетей, меховых кандалов и мягких ошейников с цепочками. — Джем, неужели ты потакаешь настолько низменным страстишкам богатых посетителей?
— Деньги не имеют запаха и ты это знаешь не хуже меня.
Третий, самый дальний, зал и наблюдала в магическом шаре Феруза. Низкие туранские диванчики, погасшие кальяны на столиках, а посреди...
— Ничего подобного никогда раньше здесь не видела! — владелица «Златоглазой пантеры» попятилась. — Камень использовали для утех, я нарочно рассказывала гостям, будто до строительства дома здесь находится древний алтарь богини Дэркето, дарующей мужскую силу...
— Да, древний. Да, алтарь, — проронила Феруза. — Только Дэркето здесь совсем не при чём — эта проклятущая штуковина набирала силу в том числе и от любовных страстей!
Белый с коричневыми прожилками камень выглядел очень старым, весь в крошечных кавернах, проеденных безжалостным временем. Длиной шага три, высотой в полтора локтя. Ничего необычного, за одним исключением.
Сгустившиеся над алтарём воздух бурлил и клокотал, словно кратер вулкана, образовав широкое пульсировавшее кольцо, внутри которого сияли огни чужого мира, проскальзывали неясные тени и жутковатые силуэты невиданных в Хайборийском мире существ. Если приглядеться, то в глубинах кольца можно было различить очертания гор и огромных зданий. Магия Голоса заперла эти Врата, однако не уничтожила их — истечение чужеродной мощи Лемурии приостановилось, но едва лишь невзрачная будка окажется на расстоянии дальше сотни шагов от червоточины в бездну времени, всё начнётся заново...
— И дальше что? — осведомился прагматичный Райгарх, монументально скрестив руки на груди. — Месьор Бобадилья, ты здесь человек самый многоучёный, незнамо сколько лет проведший за древними свитками. Что скажешь?
— Обычно такого рода порталы запечатываются кровью, — медленно сказал альмиранте. — Но чьей? Какова форма обряда? Необходимые заклятья? Ума не приложу, никаких рекомендаций или советов в книгах я не встречал.
— Подумаешь, великая загадка! — вмешался Ши Шелам. — Легенд не слышали? А я вам расскажу! Если есть магический алтарь, значит на него нужно положить грудастую блондинку и принести в жертву! Так все колдуны делают! Отлично работает в любой ситуации! Насколько я понимаю, в доме полно блондинок с пышными формами!
— Совсем головушкой повредился, — ласково сказала Лорна. — А по мне так вполне подойдёт и тощий малолетний брюнет со слишком длинным языком. Попробуем? Вдруг подействует?
Ши испуганно скользнул за спину насупленного Конана.
— Смотрите, — ахнула Феруза, подавшись вперёд, — там кто-то есть! Он... Оно идёт к нам!
Во Вратах появилась смутная фигура, очертаниями напоминавшая очень высокого и широкоплечего человека. Мгновения спустя гостя стало хорошо видно — бледнокожий, лысый, огромные иссиня-черные глаза без белков, резкие скулы. Похоже на человека, но... Но это кто угодно, только не человек.
Альмиранте Бобадилья пошатнулся и выдавил:
— Посланец...
— Я не желаю тебе здравствовать, старик, поскольку это бессмысленно, — по залу разнёсся бесцветный, ничего не выражающий голос лемурийца, стоявшего по ту сторону Врат. Так обычно говорят нотариусы или судейские чиновники, оглашающие скучный документ о праве наследства. — Мы виделись совсем недавно, верно? Всего девять дней назад, в пустыне. Помнишь милую крошку в синем с узором халатике, принесшую в твой шатёр корзину со змеёй? Это тоже был я. Как и в прошлый раз, и в позапрошлый... Ты неплохо научился выживать, но зачем такая безрадостная жизнь? Когда смерть подстерегает на каждом шагу и следует неотступно? Разве ты не устал бояться?
— Устал, — кивнул зингарец. — Но и ты, мерзкая тварь, утомился гоняться за мной столько лет.
— Вечность не знает утомления, — без эмоций ответил Посланец. — Ты изворотлив, признаю. Сегодня проявил чудеса изобретательности, притащив сюда... Это. Что оно такое?
Лемуриец вытянул руку, указывая на деревянную будку, усевшуюся, поджав лапы, в уголке. Голос или предпочитал не вмешиваться, или попросту заскучал.
— Оказывается, есть вещи, не подвластные вашему изощренному разуму?
