Часы на стене показывали семь утра, поэтому я нехотя поднялся с кровати и пошел на кухню. Один щелчок и кофемашина зашумела, оповещая о готовности варить кофе, а я вышел на балкон и закурил, поежившись от утренней мартовской прохлады. В голову лезли самые разные мысли, но все они были только об одном человеке.
Интересно, Ксюша уже проснулась? За тот месяц, который мы прожили вместе, я неоднократно будил эту соню утром… Пару раз приходилось даже входить к ней в комнату, потому что она так крепко спала, что не реагировала ни на что, кроме интенсивного тормошения.
Напрягшийся пах мигом отозвался на воспоминания о пигалице и её прелестях, поэтому я невесело улыбнулся. Насмешка судьбы… Больше всех я хочу ту, которую по сути нельзя. Молодец, Мороз. Никаких легких путей и душевного покоя, млять…
Ладно, прочь сводящие с ума мысли… Контрасный душ, свежая одежда и кофе — вот что мне сейчас нужно, а Ксюша, какой бы важной для меня не была — пусть хоть не на долго оставит мою голову, в которой она и так заняла все свободное место.
Примерно через полчаса я, уже будучи свежепобритым и вполне адекватным, хлебнул глоток остывшего американо и всё таки сдался. Разблокировал смартфон и быстро нашел глазами заветный номер, который почему-то знал наизусть.
Я просто позвоню и узнаю, проснулась ли она… Ничего больше…
Однако перед тем, как нажать на зеленую кнопку, глаза заметили один интересный момент. Последний входящий был от контакта "Пигалица". Вчера вечером… Время разговора тридцать секунд…
Что за хрень? Я же вчера не разговаривал с Ксюшей. Уж такое я бы точно запомнил!
Медленно, но верно начало приходить понимание, а вместе с ним и злость, перетекающая в настоящую ярость. Вечером ко мне приезжала Кулецкая. Она застала меня у порога после бокса, поэтому согласилась налить кофе, пока я переоденусь и приму душ. Как эта сучка, пробыв у меня всего двадцать минут, умудрилась поговорить с Ксюшей? Что она ей наговорила?!
Разумеется, я тут же набрал номер Кулецкой:
— Рома, доброе утро, — голос Татьяны звучал тихо и хрипло. Видимо, эта белобрысая сука только открыла глаза.
— Какого хрена ты вчера брала трубку с моего телефона? Что ты наговорила девушке, которая звонила? — зарычал я.
— Ромочка, я случайно… Смартфон трезвонил, и я хотела отключить звук, но почему-то приняла вызов. Я молчала и ни слова не сказала… Сразу стала жать на кнопку отбоя, — к хрипце стремительно прибавилась дрожь и робкие всхлипывания. Но это меня совершенно не разжалобило, а наоборот разозлило еще больше.
— Бабье, б*ть…, — выругался я себе под нос, после чего Кулецкая заревела в голос.
— Это твоя девушка? Хочешь я позвоню и извинюсь. Ромочка, прости меня, пожалуйста… Я правда молчала!
— Это моего брата Олега дочка, — бросил я и нажал "отбой", после чего сразу набрал номер Ксюши. На удивление, она ответила уже со второго гудка и, судя по бодрому голосу, давно проснулась и была полна энергии:
— Слушаю вас, Роман Сергеевич.
— Доброе утро. Как дела? Когда мы уже вернемся к общению на "ты"?
— Что ты хотел, Роман? Я занята.
— Ты вчера звонила? Связь барахлила…
— Связь барахлила? Ясно, — мне показалось, или голос пигалицы буквально сочился сарказмом?
— Ты где? — внутри почему-то зашкребло какое-то неприятное предчувствие… Странно… Было в её тоне что-то такое, от чего я вдруг почувствовал себя… как обманутый муж, которому собирается изменить жена.
— Еду в университет на занятия. Артем Азаров за мной заехал. Помните… то есть, помнишь его?
— Как же не помнить… Я же ему нос недавно сломал, — прорычал я, теперь уже без предчувствий понимая, что реально чувствую себя обманутым мужем… Даром, что не женат…
— Давай не будем о прошлом. Артем хочет со мной встречаться, и я обещала подумать, — голос этой мелкой гадины был полон язвительности и, кажется, и сочился настоящим ядом. Только я никак не мог понять, почему? Неужели она злится за съеденный пирог?
— Подумай, Ксюшенька, подумай, — прошипел я, мысленно закрывая пигалицу в подвале, и ломая этому лысому поганцу хребет арматурой.
— Ладно, мы уже приехали, поэтому до свидания. Девушке привет. Нужно будет как-нибудь увидеться вчетвером, — проворковала она и отключилась, а ещё какое-то время сидел с телефоном, прижатым к уху и буравил взглядом собственную кисть, которую то разжимал, то сжимал до побелевших костяшек.
Коза! Мелкая заноза, до которой теперь не дотянуться! Встречаться она с этим утырком надумала! Да я ей устрою!
От злости и неконтролируемой ревности у меня буквально свело челюсти. Хотелось поехать прямо сейчас в этот гребанный вуз и прорычать в лицо этой пигалице, что она моя! Если не поймет сразу, то затащить за шкирку в первую свободную аудиторию и нагнуть её на любом попавшемся столе, а потом ещё долго показывать, кому эта несносная девчонка принадлежит! Я её первый и единственный мужик, поэтому никому не позволю пальцем тронуть, даже просто смотреть!
Я так резко поднялся из за стола, что стул из под меня вылетел и упал назад, с оглушительным стуком ударившись о плитку. Именно этот звук и помог придти в себя.
Стоп, Мороз… Она не твоя…