— Чтоб ему пусто было! Спаситель хренов, — простонала я, а потом позорно разревелась, потирая растянутые мышцы лодыжки и растирая по лицу хлынувшие от резкой боли слёзы.
Явился со всей лощеной физиономией и начал жизни учить, сорвав мне очень денежное дело. Где же этот дядя Рома полгода был, когда мы с мамой Люсей всё распродавали… Еще и про наследство что-то впаривал, неужели его братец мне что-то оставил?
Перед глазами снова всплыло идеально-брутальное лицо этого Морозова. Чтоб, он провалился, скотина!
Прилипчивый такой! Еще и адрес знал, до подъезда довез, чтоб его! Хорошо еще, что соседка по старой памяти открыла, и я сделала вид, что вошла в дом, в котором не живу уже пару месяцев. Но Морозов, видимо, очень упертый мужик, потому что еще сорок минут торчал у входа, облокотившись на капот своей навороченной тачки. Хозяин жизни, чтоб его! А я, стуча зубами от холода, ждала и молилась, чтобы он быстрее свалил.
Ладно, хватит раскисать. Вспомнила слова тети, заменившей мне мать, о том, что придатки для нерожавшей девушки важнее всего и неловко поднялась с холодного тротуара. Надеюсь, за те пять минут, в которые я страдала и жалела себя, а также свою поврежденную ногу, моя многострадальная пятая точка не успела застыть.
Когда впереди показался двор, в котором располагалось мое временное жилище, сзади раздался визг шин, очень похожий на тот, который издавал зверь, за рулем которого был Морозов. Оглядев свой неприглядный вид, я попросила провидение, чтобы это был не мой названный дядя и обернулась. Уже в ту же секунду я пожалела о своем желании и подумала, что лучше бы это был Роман Сергеевич.
Передо мной затормозила спортивная машина одного из главных мажоров нашего университета и по совместительству человека, который являлся причиной моих кошмаров. Артём Азаров. Водительское стекло медленно опустилось, и из салона выглянула бритая голова местного решалы:
— Круглова, ты какого хрена не дома? Еще и в таком виде? — глаза Артема опасно сверкнули, когда он скользнул по моим поползшим капроновым чулкам и полураспахнутому пальто. Я уже знала этот огонь, загоревшийся в глубине его черных зрачков. Это была ревность. Жгучая и болезненная.
— Азаров, я домой иду, отвали.
— Ты не поняла еще дура, что не отвалю? Не сдашься, то я тебя заломаю и силой трахну и если ты не девочкой окажешься, то молись, Ксюша.
Нет, это уже выше моих сил! Сначала Марк Соболев, которого я окручивала целый месяц, потом этот Морозов со своими командирскими замашками, а теперь еще и моя тень и вечная проблема — Азаров?
— Что вам всем от меня надо? Отвали, Артем! — запищала я, и вдруг, неожиданно для самой себя, начала икать сквозь слёзы.
— Ксень, ты чего? — опешил Азаров, — обидел кто? Я шею сверну ему, только скажи. Что с ногой?
— Ты меня обидел, Артём! Я в клуб ночной ходила, ногу подвернула, — я медленно похромала в сторону двора, и Азаров тоже стронулся, поехав рядом.
— Садись, довезу, маленькая, — примирительным тоном начал Артем, но я сразу превала его.
— Не нужно, Азаров, подвозил уже. Напомнить, чем закончилось?
— Ты мне это всю жизнь помнить будешь? Не тронул же!
— Пошел к черту, Азаров, не тронул, потому что врезался в столб, я разревелась, и от стресса у меня хлынула кровь из носа!
— Послушай, Круглова! Ты мне всю жизнь испоганила! Я еще узнаю, с кем ты в клубе была, и если с мужиком, то ему конец! Все равно ты моя будешь!
— С мужиком была! С Соболем! — от злости сболтнула лишнее, и сразу пожалела об этом. Ведь именем соперника я дико завела сохнущего по мне Азарова. Он настолько разозлился, что даже со всей силы ударил кулаком по рулю своей любимой ауди.
— Сука! Чего тебе надо, Ксень? В клоповник переселилась, мозги мне делаешь! Тебе бабки нужны? Только скажи!
— Что мне надо? Чтобы ты отвалил, Азаров!
— Я это так не оставлю, Ксюша, и первым пострадает Соболь, — он нажал на газ, и машина так резко дернулась вперед, что я осталась стоять в поднявшемся столбе дыма, окутанная запахом паленой резины.
Разозлился. Так ему и надо. Я тоже злилась в свое время и даже ревела ночи напролет, когда узнала, что Артем Азаров, в которого я была влюблена, целовался с другой.
Для него это было пьяной ошибкой, о которой он жалеет уже год, а для меня концом так красиво начинавшихся отношений. Я пережила это и остыла, а потом и вовсе погрузилась в семейные проблемы, а Азаров — мечта всех университетских девчонок, увяз во мне, как в болоте. И до сих пор не может выбраться.