Благодаря чужой воле моя жизнь в одночасье перевернулась с ног на голову. Меня забрали из родного дома посреди холодной осени, что для зеленой ведьмы — настоящая погибель! Так начался мой долгий путь к любви и правде. Мне предстоит разобраться, кто друг, а кто и нож в спину воткнуть не прочь. И разгадать тайны, хранимые больше двадцати лет. Познать чувственность и страсть, без которых истинная любовь — невозможна! Но я больше не одна, а, значит, смогу преодолеть любые преграды с честью! Тем более, возлюбленный тоже далеко не так прост... I часть. Дилогия.
Скрипучий мороз покрыл узорами окна, коснулся даже деревянных рам, которые вот-вот придут в негодность, пробрался через щели в дом и пал в неравной схватке с главным врагом — жаром, распространяющимся от камина горячими сильными волнами. Комната прогревалась быстро, недаром толстые сухие поленья, подброшенные щедрой рукой, уже полностью покрылись языками пламени и вовсю разгорались, даря окружившим его людям долгожданное тепло.
В старинных потертых креслах, набитых гусиными перьями, сидели трое. Это была семья: два брата и сестра. Единственная оставшаяся после гибели отца ценная вещь — старая медвежья шкура — укрывала девушку до самого подбородка, но согреться все не получилось. Ведь от посетившего ее холода не избавит ни бушующий костер, ни самые дорогие и богатые меха. Губы дрожали, кристальной чистоты голубые глаза наполнились так и не пролитыми слезами, но она упрямо молчала, не смея умолять братьев о милости, которую, увы, они оказать способны не были.
— Вы сгинете, — не выдержав тягостного молчания, прошептала Кэндис.
Самый старший из них, Бриг, лишь покачал головой, не намереваясь и дальше ее успокаивать. Хватило того, что она устроила, как только узнала об их с Джимом решении покинуть отчий дом для службы в армии королевства, оставив малышку-сестру на попечение соседей. Переживать-то нечего, равно как и спорить о дальнейшей судьбе. Мать скончалась давным давно, дав жизнь своему третьему ребенку, то есть ей. Отец погиб четыре месяца назад… А их уже одолело до того плачевное положение, что впору отправляться на паперть! Естественно, ни один из величайшего когда-то рода Норт не опустится до милостыни.
Братьям пришлось покинуть высший столичный университет, а девчонке — девичий пансион в главном городе графства Кодильере. Причина была проста — нечем оплачивать обучение. После гибели папеньки выяснилось, что банковские счета благородного графа Северных гор Вильяма Норта пусты, кроме того, тот накопил приличный долг благодаря своей любви к пьянству и азартным играм. И, как только в храме Ледяной Богини кончилась церемония прощания с погибшим, кредиторы и поручители подобно стервятникам сгрудились возле крыльца особняка, дабы стребовать у растерявшихся сирот займы. Дошло даже до угроз, но, к счастью, только устных.
Как расплачиваться со всеми, Норты не представляли. Хозяйство в упадке, имеющиеся в собственности рудники давно заброшены, слуги сразу как запахло жареным разбежались. Но разве можно их в чем-то винить? Они и так держались слишком долго — горничная Нэнси призналась, что не видела положенное жалованье порядка трех-четырех месяцев.
Заработать на пропитание братья смогут, Бригу уже двадцать три, Джиму на два года меньше, но это не помешает им одновременно поступить на службу, Хеладиньи всегда нужны солдаты. Но что делать с мышкой Кэндис? Ей же всего шестнадцать, до совершеннолетия осталось два года.
Но, к неожиданной радости, отзывчивые и небезразличные люди в этом мире еще существуют. Помочь вызвались пожилые уже супруги из соседнего графства. Когда-то Джим гостил у их племянника и здорово сдружился со всеми. И, как только весть о плачевном положении дошла до добросердечных Мерлинов, они тут же прислали письмо с предложением об участии.
— Не стоит больше плакать, Кэндис, все уже решено, — пробормотал Бриг.
— Мы будем писать тебе каждую неделю, — пообещал более мягкий Джим, вытащив руку из-под толстого ватного одеяла и сжав ладонь сестры. — А Мерлины — отличные ребята, поверь, они о тебе позаботятся! К тому же, довольствия, которое мы сможем посылать, хватит и на то, чтобы понемногу откладывать на приданое.
— Мне еще рано замуж.
— Но когда-нибудь…
— У нас нет другого выбора, — напомнил, кажется, в сотый раз старший брат.
— Зато так мы не потеряем дом и рудники. Всего лишь отдадим их в долгосрочную аренду, — улыбнулся младший. Всего два года, а потом ты сама сможешь всем управлять.
Девушка съежилась еще сильнее и покачала головой. Неужели ее братья не видят алчных глаз сеньоры Мерлин и ее еще более жадного супруга? Да они выбросят ее ровно в тот день, когда старшие Норты покинут границы графства!
Но даже не это страшит Кэндис до жгучей боли в груди. Она не глупа и не наивна, чтобы не понимать: так действительно будет лучше. По крайней мере, получится сохранить часть наследства если не ей, то хотя бы братьям, уже настоящим молодым мужчинам, которым рано или поздно следует обзаводиться собственными семьями. Ее же удел — найти достойного супруга.
