Люди сновали по монастырю как лунатики. Настя шмыгала носом, потом заплакала и повисла у Шубина на шее. Глеб не возражал и это было очень странно. Тело Гончара вынесли из подвала, укрыли брезентом. Мёртвых диверсантов трогать не стали, с ними до вечера провозишься. Потом курили у камина, мрачно смотрели на огонь. Шевелится не хотелось, настал предел физических и душевных сил, но надо было собираться в дорогу.
– Ну всё, покурили, – Шубин вздохнул и поднялся с места. – Взвод, выходи строиться!
В комнату заглянул отец Кирилл. Он был немного растерян, поведал что вышел на галерею подышать свежим воздухом, а там внизу такое…
Разведчики было зароптали: «Оставят их сегодня в покое или нет».
Отец Кирилл смутился, сказал что с юга идут танки, кажется советские. Он не настолько разбирается в военной техники, но вполне способен отличить звёзды от крестов. Разведчики рассмеялись, побрели наружу.
На улице было мягко говоря не жарко. Осадки прекратились, похолодало, тучи превратились в облака, в любой момент могло выглянуть солнце. Калитка была открыта. Глеб дошёл до косогора, осмотрелся. Справа, метрах в трехстах, замёрзшую речку форсировала танковая колонна. Возможно там проходила дорога, но в текущих условиях она являлась только направлением.
Танки Т-34 медленно переползали низину, давили тальник, чахлые деревца. Их было не меньше десятка. Одна из машин сменила направление и, рыча, краем косогора направилась к монастырю. Бойцы равнодушно смотрели как приближается бронированная машина. Танк чадил, извергал рёв и лязгал гусеницами, остановился в нескольких метрах от монастырской стены.
«Эх, эту бы пушку, да полчаса назад», – подумал Глеб.
Распахнулся люк, показалось улыбающаяся физиономия в гермошлеме.
– Чьих будете, народ? – бодро выкрикнул танкист.
– Полковая разведка. Полк майора Федорова, – отозвался Шубин. – А вы?
– 95-й танковый батальон, 331-ой дивизии, – простодушно объяснил танкист и снова расплылся в улыбке. – Берлин там? – кивнул он на север.
– Берлин там, – Шубин показал на запад. – Но можно и здесь, если в объезд.
– Компас не взял, – хохотнул Асташкин.
– Вот какой рассеянный, – пробормотал Карабаш.
– Ну ладно, счастливо! – танкист козырнул. – Не дадите прокатить девушку на танке?
– Девушка устала, – объяснил Шубин. – Давай в другой раз.
– Хорошо, не возражаю, – танкист ещё раз взглянул на странную женскую фигуру и захлопнул люк.
Машина взревела и стала взбираться на косогор, объезжая монастырь.
– Фу, наводнял, – поморщился Гулыгин. – Да, созрела Красная Армия, пошла в путь дорогу.
– Ну что взвод, и нам пора, – вздохнул Шубин. – Пять минут на сборы, пять на перекур. Рацию на этот раз не забудьте, если что-то от нее осталось.
– Отец Кирилл благословить нас хотел на дорожку, – вспомнил Асташкин.
– Может не надо, – напрягся Карабаш.
– Да ладно, – отмахнулся Левашов. – Хуже не будет.
– Хорошо, – согласился Глеб. – Только быстро и без церемоний.
шумно выдохнула Настя, качнулась на ногах, взяла Глеба за ремень. Товарищи заулыбались, стали отворачиваться.
Шубин задумался. Это было больше чем странно. Ладно, разберемся…
