— Так и было. Видимо, часть ее разума сохранилась за счет способностей к блокировке, а может, я просто не успел уничтожить все. Может, я переоценил свое нападение. Не знаю. Я просто рад, что этого не случилось и у них есть шанс.
Чарльз улыбнулся Шону грустной улыбкой, и тот почувствовал еще острее отсутствие Леншерра поблизости. Черт, не он должен разбираться с этими телепатическими закидонами, чувствами вины и комплексами жертвы или что там. Да он даже девушку не может закадрить!
Чарльз хохотнул, очевидно, услышав его мысли, и откатился обратно на дорожку, с которой успел съехать.
— Я в порядке, Шон. Ты передал Эрику мой гостинец?
— Чт… А да, он благодарил и просил еще привезти.
— Точно? Я не слишком сильно поджарил ее?
— Нет, что ты! В самый раз! Ты же знаешь: черный — любимый цвет Эрика! И главное класть побольше чеснока и лука, это помогает справиться с тошнотой…
====== Эпилог ======
Эрик бы с удовольствием сбежал из проклятой больницы хоть на вторые сутки. Но решил в кои-то веки послушать врачей, грозивших осложнениями, и остаться в постели. Хотя, может, виноват был один чертов телепат, который каждый раз приходил и увещевал его «отдыхать и не волноваться», при этом делая щенячьи глаза и, сто процентов, используя свой дар против Эрика. Эрик мужественно вздыхал, принимал гостинцы, которые избавляли его желудок от необходимости переваривать обед или ужин, и оставался в палате. Может, это было связано еще и с тем, что он просто не хотел знать, во что превратился и так держащийся на соплях захолустный домишко Мойры после его недельного отсутствия. И есть ли вообще куда возвращаться? Может, одна проворная русалка и один безмозглый подросток уже разнесли к чертям их убежище.
На второй неделе Шон стал приезжать один, сообщив, что в дом заглянули Рейвен с Хэнком и решили погостить у Чарльза. Оставалось надеяться, что хотя бы у этой парочки хватит ума не доломать все то, что осталось целым после любопытных изысканий русала.
За пару дней до выписки Кэссиди сообщил, что Шмидт умер в психиатрической клинике.
— От старости, говорят. Врачи развели руками, сказали, мол, что вы хотите, у него анализы такие, будто он родился в прошлом веке! Один санитар клялся, что Шмидт просто рассыпался в прах после смерти! Надеюсь, он не слишком много болтал, а то решили бы, что у него глюки, как у Шмидта…
Эрик не слушал болтовню Кэссиди и просто уставился в окно, за которым последнее осеннее солнце золотило листву. Шмидта больше нет. Точно. Совсем. И никогда не будет. От осознания этого хотелось замереть и наслаждаться моментом, а с другой стороны хотелось вскочить и бежать. Куда-нибудь. Подальше отсюда, от этого проклятого берега Шотландии, который за пару месяцев опостылел Эрику. Им однозначно стоит уехать куда-то, где будет теплее и ничто больше не напомнит о больном ублюдке и его своре.
Когда, наконец, врач разрешил Эрику забрать вещи и уехать домой, тот уже разве что не грыз железяки от скуки. Такси ехало ужасно медленно, и Эрик сдерживался изо всех сил, чтобы не вдавить педаль газа посильнее, шокировав водителя, но зато доехать, нет, долететь по воздуху, до своей лачуги быстрее.
Он не видел Чарльза уже неделю и даже немного соскучился по болтливой селедке. Но только немного! Встреча с синей морской братией его не вдохновляла, но раз уж жизнь пошла на лад, то почему бы не побыть немного гостеприимным хозяином?
Дом встретил Эрика зловещей тишиной. Незапертая дверь открылась и захлопнулась за Леншерром, отсекая отдаленный шум моря.
Какого черта?
Он бросил сумку с вещами в ближайшее кресло и прошелся по первому этажу. Спальня Чарльза была пуста, на кухне стояла грязная посуда, оставленная после завтрака. На втором этаже никого не оказалось: пустая гостевая, захламленная комната Шона с незаправленной кроватью…
Наверняка Рейвен потащила всех к берегу!
Эрик зашел в свою комнату, кое-как стаскивая с себя верхнюю одежду и раздраженно запихивая ее в шкаф. Одной рукой это делать было не слишком удобно, так что он подпихнул то, что упало, ногой и захлопнул дверцу поплотнее.
Конечно, на кой-черт ждать Эрика? Он вовсе и не думал, что его тут кто-то будет встречать, кормить и радоваться его возвращению. Он же не Санта-Клаус какой-то или морской огурец, чтобы его ждать, как рождественское чудо! И не какой-нибудь там спаситель человечества и практически убийца самого психованного кретина на Земле, чтобы радоваться его здравию! О, точно, и не единственный мутант на континенте, который спасает ненормальных русалок-телепатов!
— Ох, перестань, спаситель человечества! Твои мысли слышат все русалки-телепаты в радиусе нескольких километров!
Эрик так увлекся жалостью к себе, что чуть не подскочил на месте, внезапно услышав голос Чарльза за спиной. Он резко обернулся, рискуя потерять равновесие от головокружения, и, вытаращив глаза, уставился на мужчину, стоящего в дверном проеме.
— Чарльз… Ты…
— ДА! — Чарльз улыбался от уха до уха, выглядя абсолютно счастливым. — Я могу ходить! Как человек! Сам посмотри!
