Интересно проследить теперь по карте Арктики тот путь, которым стремились пройти русские моряки на деревянном "Рюрике". Вот сумрачные скалы Берингова пролива... Дальше, за бесконечными полями льдов, за морем Бофорта - остров Патрика, архипелаг Пэрри. Ближе к полюсу, в вечных льдах, лежит за этими островами Земля Гранта. Почти вплотную к ней примыкает мертвый массив Гренландии...
Только люди большого бесстрашия могли решиться на такой доблестный поход. Но несказанно богата отвагой и удалью родная Русь, не счесть в ней горячих и храбрых сердец, пытливых умов!..
Штормы на Балтике и в Северном море были первым экзаменом для команды брига. У грозного мыса Горн, который многие моряки называли "кладбищем кораблей", команду "Рюрика" ожидало одно из самых суровых испытаний. В течение шести суток непрерывно грохотал шторм... На седьмые сутки он перешел в бурю. На палубе яростно металась сорванная с креплений пушка... Матросы пытались поймать и снова укрепить ее, крепили канатами груз на корме.
Командир брига все время находился наверху, руководя этой напряженной борьбой с океаном. Он не заметил, как над низкой кормой брига взметнулся и навис обрывом огромный вал... Бриг застонал, как живой, рухнули раздробленные перила, сорванная крыша командирской каюты пронеслась за борт... В мгновенье ока волна подхватила капитана, пронесла над палубой, швырнула к гротмачте и вместе с космами пены выбросила за борт. В какие-то последние секунды, уже ощутив под собой всем телом холодную, зыбкую глубину, он успел уцепиться руками в случайно подвернувшуюся снасть. Волна пронеслась дальше, и матросы поспешили на помощь своему капитану.
Немалых бед наделала эта волна: испортила порох, залила запасы сухарей, повредила рулевое управление. К счастью, все матросы остались живы. Сохранились и карты, книги, инструменты.
Рулевое управление вскоре было исправлено, поставлены новые перила, в первом порту пополнен запас сухарей...
Стоянка в Чили, в порту Консепсьон, была отличным отдыхом для всей команды, а переход к острову Пасхи особого труда не представлял. Но дальше, на север от этих широт, лежали те просторы океана, где побывали считанные корабли и где, возможно, находились еще не открытые, никому неизвестные земли.
Высоко на мачте теперь днем и ночью дежурил дозорный матрос.
Однажды ранним утром на корабле прозвучал радостный возглас:
- Берег!..
Вмиг вся команда была на палубе. В северной части океана виднелись смутные очертания острова, высокие горы.
Лейтенант Захарьин докладывал командиру:
- На карте в этом районе не отмечено земли...
Кто-то из матросов мечтательно сказал:
- Хорошо бы назвать остров землей "Рюрика"...
- А кто уверен, что это остров? - спросил лейтенант Шишмарев. Обратите внимание на эти горы. Ведь здесь преобладают низменные, коралловые острова...
Коцебу молча всматривался в мягкие очертания гор. Не хотелось командиру разочаровывать своих спутников. А надежда таяла с каждой минутой: вершины гор как будто перемещались, становились округлыми, уже лишенными четких контуров и линий. Потом весь этот желанный остров приподнялся над чертой горизонта и медленно поплыл над ровными грядами волн...
Ошибка... Это была ошибка. Облако медленно уносилось на запад, и, казалось, густая тень его легла на корабль, на лица матросов.
В своем дневнике Коцебу записал: "Только мореход, у которого все внимание обращено, как у меня, на новые открытия, составляющие главную цель его путешествия, может понять, в какой мере этот обман меня огорчил".
Ошибка, впрочем, не породила сомнений. Моряки "Рюрика" верили, что где-то здесь, в неисследованных просторах океана, находятся неведомые еще земли. Птицы, по вечерам летевшие то на север, то на запад, зеленые комья водорослей были первыми вестниками близких островов.
Попрежнему пристально вглядывался дозорный в дымчатую даль океана, и в знойный апрельский полдень с мачты опять донесся взволнованный возглас:
- Берег!..
Никто на этот раз не проявил преждевременного восторга, всем было памятно недавнее горькое разочарование. Капитан сосредоточенно и молча смотрел в подзорную трубу. Вдалеке все отчетливее обрисовывались невысокие деревья, выступавшие как будто прямо из воды. Нет, теперь уже не могло быть сомнения: открыт какой-то неизвестный остров.
Малый и очень низменный, этот остров был густо покрыт кустарниками и окружен коралловыми рифами.
