Михаил Ильич, ещё раз поморщился. Ему очень не нравилось расположение складов. Получается, что приходится задействовать почти весь экипаж бронепоезда. А разъединять вагоны, ему никто не даст. Да и он сам, на это не пойдёт.
Мимо спешно проходил комиссар, к нему подбежал пожилой человек в путейской форме и в шапке ушанке. То и дело, придерживая её от сильных порывов ветра.
- Борис Зиновьевич! – обратился старик к Хавину, – Борис Зиновьевич! Я, посмотрел все печки в поезде. Исправил недоделки. Теперь, все греют нормально. Личному составу будет тепло.
– Захар Семёнович, огромное вам спасибо! И благодарность от всего черноморского флота! – искренне поблагодарил Борис печника.
– Да ладно. Чего уж там. Вы сынки, главное фашиста крепко бейте. У меня, два сына погибли, в июле сорок первого…. Отомстите за них. Я бы сам пошёл, но ноги уже плохо слушаются….
– Борис Зиновьевич! – позвал Чернышковский комиссара, – Срочно подойдите ко мне!
- Я вам обещаю! А теперь, простите меня, Захар Семёнович, начальство срочно зовёт. Ещё раз, большое вам спасибо!
Старичок понимающе кивнул головой, и уже неспешно пошёл дальше по своим делам.
Комиссар, быстро подошёл к командиру бронепоезда.
- Там это… Личный состав жаловался, что печки в вагонах плохо греют, дымят…. Вот я нашёл человека, и он всё исправил. Заводские недоделки были….
- Это хорошо. Борис…. – удовлетворённо кивнул головой Михаил, – Теперь, бери особо мёрзнущих и аккуратных, да выносливых и вперёд на загрузку боеприпасов. Вот распоряжение контр-адмирала. Склады, вон те! Крайние! И что б мне, комар носа не подточил! И дополнительную охрану выставь!
Начальник станции одобрительно закивал головой.
– Да, именно те.
– Ого! – удивлённо воскликнул комиссар, – Далековато будет! А….
– Нет! – строго ответил Чернышковский, – И машин нет! И подвод нет!
– Мне, правда, вам нечем помочь, – с сожаление в голосе произнёс Аркадий Константинович глядя на комиссара.
– Ясно. На себе, так на себе…. – потирая шею, ответил Борис. И комиссар Хавин, молча и быстро удалился выполнять поручение, мысленно ругая, начальника станции за нежелание помочь в погрузке.
Михаил Чернышковский оглянулся по сторонам. Кругом закипела работа. Дело спорилось. Но что-то ему не давало покоя. Он всё чаще и чаще ловил себя на том, что стал оглядываться по сторонам, как будто, ему кто-то смотрит в спину, через прицел винтовки.
– Извините, я вам больше не нужен? Я могу идти? – окликнул Чернышковского начальник станции.
Михаил, вырванный из своих размышлений, ответил немного отрешённо:
– А?! Да…. Да – да. Можете идти, Аркадий Константинович. Спасибо.
Он проводил начальника станции задумчивым взглядом до самых дверей железнодорожной станции.
– Чем ты так напуган… – едва шевеля губами, произнёс старший лейтенант.
Где-то из-за складов послышался гул двигателя грузового автомобиля и быстро стих. Михаил Чернышковский, думая о том, как всё не организованно на складах, и что не так с начальником станции, не обратил на это внимания.
За продуктовым складом, у глухого торца здания, остановилась крытая полуторка. Из кабины вышел молодой человек, внешне очень похожий на воришку «щипача», в кепке и блатной походкой. Он осмотрелся по сторонам. Играючи, пнул камешек. Потом прогулялся по глухому переулку. Дошёл до угла склада и как бы невзначай выглянул из-за него. Там, стоял один из патрулей с бронепоезда. Парень, так же играючи, вернулся к полуторке, откинул полог и шёпотом произнёс:
– За углом, трое патрульных. Вооружены. На путях стоит бронепоезд. Остальной экипаж занимается погрузкой боеприпасов и провизии. Охрана, только около складов с боеприпасами.
Ему ответили из темноты кузова:
– Отлично. Контр-адмирала не взяли, так бронепоездом потешим себя. Трое, ты, ты и ты. Убрать патруль.
Из-под брезента выскочили трое диверсантов, одетых под простых советских людей. Они огляделись по сторонам и направились в сторону продуктового склада, где за углом стоял вооружённый патруль. Один выглянул из-за угла.
Патруль стоял на том же месте и матросы между собой переговаривались.
– Пошли, до кустов сходим? – предложил первый патрульный невысокого роста
– Чего там делать? – отозвался второй, широкоплечий парень, прикуривая папироску и прячась от порыва ветра.
– Да я, до ветру схожу. А то тут, как-то неудобно. Люди кругом. А заодно и посмотрим, что там за машина гудела.
– Ну что, с тобой, делать?! – затягиваясь, отозвался второй матрос, – Пошли уж, коль так невмоготу.
- Идите! – заговорил третий патрульный, кутаясь в бушлат, – Я отсюда за вами посмотрю. Здесь в затишке постою чуток, отогреюсь. А то замёрз, как цуцик на ветру.
– Вот, тля зелёная, компания ядрёная, досталась! – улыбаясь и шутя, говорит, – Один ссыкун, второй мерзляк! И кто только, вас во флот взял…. Эх!
