Захаров последовал за ним без сопровождения. И, как только его правая нога коснулась твердой почвы, первая капля дождя тут же упала ему на щеку. Захаров послушно шел за спиной Клыкова, а тот даже ни разу не повернулся посмотреть, идет ли за ним Захаров. По пути в комендатуру дождь начинал уже накрапывать, и первые капли сплошь покрыли китель Захарова. Подойдя к крыльцу, Захаров заметил среди других машин стоящую черную «Волгу» с мурманскими номерами. «Неужто командующий подводным флотом прикатил?» – подумал Захаров. Пройдя несколько коротких коридоров, они очутились перед дверью коменданта. Открыв ее, Захаров увидел из-за спины Клыкова сидящего за рабочим столом седовласого человека с худощавым лицом, в погонах генерал-лейтенанта, читающего какие-то документы из его личного дела.
– Разрешите войти, товарищ генерал-лейтенант? – спросил Клыков.
– Вы… э-э… уже здесь. Входите, – сняв очки, пригласил генерал.
Оба переступили через порог и замерли в ожидании. Генерал встал со своего места и пошел было навстречу, затем остановился.
– Спасибо… э-э… полковник. Вы свободны, а вы… э-э… товарищ Захаров, пока проходите… э-э… Вон стул, присаживайтесь, – сказал генерал, указав на стоящий напротив него стул.
Клыков тут же удалился, а Захаров прошел в глубь кабинета и увидел генерала вблизи. За толстыми линзами его очков скрывались маленькие водянистые глаза. Желтого цвета кожа лица генерала была похожа на резиновую, и от этого у Захарова сложилось впечатление, словно он ею обтянут, как защитной оболочкой. Чувства, которые испытал Захаров, заметив телесные особенности генерала, были не из приятных: ему казалось, что перед ним находится некое пресмыкающееся человекоподобного типа.
– Здесь про вас весьма… э-э… лестно пишут, хотя… э-э… вот есть строгий выговор. А последние события… э-э… и того хуже… все ваши подвиги и вовсе… э-э… сводят, я бы сказал, на нет, – сказал генерал, усаживаясь на стул.
– Я всего лишь выполнял приказ, – тихо ответил Захаров.
– Я в курсе, можете не оправдываться, – сказал генерал и посмотрел на Захарова. – Моя фамилия Шкворин… э-э… зовут Вячеслав Яковлевич, я являюсь начальником семнадцатого управления… э-э… – «Последний оборонительный рубеж» КГБ СССР… Я приехал сюда… э-э… можно сказать, за вами…
– За мной? Вот новость, а зачем я вам понадобился? Разве я что-то сделал такого, чтобы мной начал интересоваться КГБ? – поинтересовался Захаров.
– Нет, вы пока… э-э… ничего не сделали, только… э-э… государственное имущество испортили да девять молодых парней на тот свет… э-э… отправили.
– За это я отвечу перед судом, – так же тихо ответил Захаров.
– Правильно, ответите перед судом… э-э… но пока что вы не перед судом… э-э… а передо мной… Служить-то здесь… э-э… наверное, тяжковато… Без геройства-то… э-э… ничего серьезного-то и сделать, наверное, нельзя.
– Служба в Заполярье, конечно, не сахар. А про геройство – то это дело каждого.
– Скажите… э-э… Иван Алексеевич, вам никогда… э-э… не хотелось послужить в нашей системе?
– Информатором?
– Нет, не информатором, – проявляя на губах гадкую улыбку, ответил генерал. – Наше управление… э-э… этим не занимается, контрразведкой… э-э… у нас занимается второе главное управление, а мы… э-э… несколько иным…
– Это неважно, все равно теперь я уже не смогу вам ничем помочь: меня ждет суд… Нужно отвечать за свои промахи, а там, думаю, тюрьма, так что вы опоздали, товарищ генерал, – Захаров перебил шипящую с расстановкой речь генерала. Его глаза недовольно сузились, и он посмотрел внимательно на Захарова.
– Вы пока ничего… э-э… не знаете, а только… э-э… можете предполагать, что с вами будет. Так вот… э-э… я вас прошу: воздержитесь от своих фантазий… э-э… на тему своего будущего. И лучше не перебивайте меня… э-э… а внимательно послушайте, – на последнем предложении его голос повысился, перейдя в писк. Затем генерал сделал паузу и продолжил: – Так вот… э-э… я уже говорил вам… э-э… что я возглавляю семнадцатое управление КГБ СССР. И ко мне… э-э… случайно попало ваше дело… э-э… и, заинтересовавшись им… э-э… я пришел к выводу… э-э… что не худо бы было вас пригласить работать в нашу структуру.
– Зачем?
– Управление «Последний оборонительный рубеж»… э-э… занимается, начиная… э-э… с подготовки и проведения диверсионных операций… э-э… и заканчивая полномасштабным взаимодействием… э-э… с Вооруженными силами Советского Союза… э-э… Непонятно, да?
– Не очень, – ответил Захаров.
– Чтобы вам было понятно… э-э… представьте себе вот такую аллегорию… э-э… Идут военные действия… э-э… армия противника прорывается на одном из наших участков обороны… э-э… И вот представьте себе… э-э… возникает угроза окружения основных сил нашей армии… э-э…
– Как в Великую Отечественную? Так современная война будет совсем другой, – возразил Захаров.
– Вы опять меня перебиваете, – взвизгнул Шкворин.
– Извините, – и Захаров принял покаянный вид.
