Морвейн провела пальцами по шее Каэля, чувствуя, как он затаил дыхание. Он был напряжён, но не от страха — от ожидания. Его тёмные глаза неотрывно следили за ней, в них плясал лукавый огонь, и Морвейн прекрасно знала, что он наслаждается этим моментом.
— Всё ещё хочешь играть? — её голос был мягким, но в нём сквозила угроза.
Каэль улыбнулся, его пальцы легко скользнули по её спине, едва ощутимо, но достаточно, чтобы её тело отозвалось на этот жест.
— Разве это не ты задаёшь правила, госпожа? — его голос стал ниже, чувственнее.
Морвейн сузила глаза. Его игра, конечно, забавляла её, но она не собиралась уступать. Она наклонилась ближе, пока их губы не оказались всего в дыхании друг от друга.
— Тогда соблюдай их, — прошептала она, прежде чем накрыть его губы поцелуем.
Каэль не отстранился, но и не позволил ей полностью завладеть ситуацией. Он отвечал на её поцелуй с той же страстью, пальцы скользнули по её бёдрам, сжимая их крепче. Он наслаждался её напором, её силой, но Морвейн знала — он только ждал момента, чтобы перехватить контроль.
Она не дала ему этого шанса.
Её губы спускались ниже, оставляя горячие поцелуи на его коже, её движения были плавными, но уверенными, требовательными. Она чувствовала, как учащается его дыхание, как напрягается тело, как его пальцы зарываются в её волосы.
— Госпожа, — выдохнул он, и на этот раз в его голосе больше не было насмешки.
Морвейн усмехнулась, наслаждаясь тем, что смогла заставить его забыть о своих игривых издёвках.
— Теперь ты понял, кто здесь главный?
Каэль поднял на неё затуманенный взгляд.
Морвейн наслаждалась его реакцией. Каэль всегда был искусен в словесных дуэлях, но сейчас он утратил свой обычный самоконтроль. В его взгляде не осталось насмешки — только ожидание, жажда и полное признание её власти.
Она наклонилась ниже, едва касаясь губами его шеи, оставляя горячие поцелуи, а затем легкие укусы, заставляя его сильное тело едва заметно содрогнуться. Её пальцы легко скользнули по его груди, ощущая, как под её прикосновениями напрягаются мышцы.
— Неужели ты потерял слова, Каэль? — её голос был мягким, но в нём сквозила победная насмешка.
Дроу приоткрыл глаза, и в его взгляде промелькнула привычная дерзость, но теперь в ней читалась неуверенность. Он уже не мог играть с ней, не мог притворяться бесстрастным.
— Ты так уверена, госпожа? — его голос был хриплым, но всё ещё с оттенком вызова.
Морвейн улыбнулась и прижалась к нему ближе, чувствуя, как он затаил дыхание.
— Более чем.
Девушка прижалась к нему, терлась бедрами, ощущая как он становится большим и твердым.
Она наслаждалась каждым мгновением — его покорностью, его желанием, тем, как он с трудом сдерживал себя, подчиняясь её ритму. Её движения были неторопливыми, дразнящими, она брала от него всё, что хотела, наслаждаясь властью, которой он так добровольно ей подчинился.
И когда Каэль наконец произнёс её имя — не с вызовом, а с благоговейной мольбой, Морвейн знала: этой ночью он принадлежит только ей.
В полумраке её силуэт отбрасывал на стены длинные тени. Пальцы медленно скользили по его груди, оставляя за собой едва заметные царапины. Она не спешила. Морвейн толкнула его, заставляя лечь, и нависла над ним.
— Смотри на меня. И не двигайся. Не смей кончать, пока я не скажу. Понял? — сказала она, чувствуя возбуждение от его соблазнитель вида.
Каэль только кивнул. Он внимательно следил, как голова его жены опускается вниз, на его живот. И тут же он напрягся всем телом, догадавшись, что она собирается делать. По его телу прошла волна страсти, и ожидании. Дроу не был уверен, что сможет выполнить приказ своей госпожи.
Распущенные волосы девушки прошлись по обнаженному телу дроу. Нежные скольжение волос вызвали мурашки.
Морвейн спустила мешающие штаны. Улыбка девушки стала чуть хищной.
Она медленно опустилась ниже, не отрывая от него взгляда, пока губы не оказались на его нижней части. Горячее дыхание коснулось чувствительной кожи — и Каэль сжал зубы, сдерживая стон.
Она не спешила. Каждый её жест был выверен и рассчитан на то, чтобы разжечь, довести до грани. Губы скользнули по всей длине, медленно, с наслаждением. Рука сжала основание — крепко, чтобы удержать контроль, не давая ему дышать в полную силу.
Каэль выгнулся под ней, но не посмел двинуться. Его пальцы сжались в простынях. Мышцы живота ходили волной. Он горел под его ртом и терпел.
Морвейн чувствовала, как он дрожит, чувствовала, как напряжение растет. С каждой секундой, с каждым ее движением, всё ближе к краю. Она подняла глаза, не отрываясь от движения, и медленно, почти беззвучно прошептала:
— Ещё нельзя.
Он застонал, срываясь, но послушался. Всё его тело умоляло её. И она наслаждалась каждым мгновением этой власти.
Каэль был на грани. Его тело пылало, мышцы дрожали под её прикосновениями. Морвейн отстранилась, с губами влажными от него, вытерла рот тыльной стороной ладони и удовлетворенно выдохнула, наблюдая, как он сдерживает себя из последних сил.
— Хороший мальчик, — прошептала она и провела ладонью по его груди, ощущая, как бешено колотится его сердце.