Гаррет, наконец-то поняв, что у меня вновь начинается паника, крепко сжал мои плечи.
— Воу, Кай, успокойся. Нет, совершать каминг-аут по телефону я, конечно, не буду. Просто если не сказать, что со мной все в порядке, то она будет звонить мне всю ночь.
Ладно, причин для паники не было. Мое дыхание начало приходить в норму, но Гаррет отпускать тему не стал.
— Хочешь сказать, почему так сильно перепугался?
Не особенно.
— Просто сейчас… мы в безопасности. Есть только мы. Ты и я. И я на минуту забыл, что у тебя есть своя жизнь и семья, и подумал, а вдруг твоя сестра решит, будто я превратил тебя в гея, или возненавидит меня…
Его ладони, лежавшие у меня на плечах, дарили успокоение.
— Давай не спешить. Я позвоню сестре, скажу, что благополучно доехал до друга, и что ненадолго здесь задержусь.
Я проигнорировал «ненадолго» и сосредоточился на общем смысле сказанных слов.
— Хорошо. Извини.
— Не извиняйся. Но когда снова запаникуешь, то, если сможешь, поговори со мной. И мы все решим. Я понятия не имею, что делаю, но хочу попытаться.
Я смотрел на него и думал, не будет ли слишком рано сказать, что я уже наполовину влюбился. Ну хорошо, на три четверти. Кивнув, я сумел вымолвить только одно:
— Спасибо тебе.
Гаррет поцеловал меня в лоб и толчком поднялся с кровати, а я улегся на бок и стал смотреть, как он наклоняется, подбирая с пола штаны, и как на его заднице напрягаются мышцы.
— Зачем ты одеваешься?
— Я не буду говорить с сестрой голым, — сказал он, застегивая «молнию» джинсов.
— Но она не узнает!
— Но я-то знать буду. Все разговоры с Николь — только в штанах.
Он оглядел мою спальню, высматривая, куда бросил футболку, а потом уставился в стену. Я улыбнулся — его взгляд зацепился за выведенные зеленым мелом слова, которые я написал полгода назад: «В случае моей насильственной смерти прошу винить Хаззарда».
— Что это?
— Я написал это, когда обнаружил, что убил лучника защитника Родины. Боялся, что ты придешь мстить!
— Мстить? — недоверчиво переспросил он. — Откуда ты вообще узнал, что я служу в армии?
— Когда мой орк тебя сделал, я поспрашивал о тебе.
— Знаешь, так странно, что все это началось со стычки в игре. — Гаррет, по-прежнему глядя на надпись, покачал головой. — Ладно, пойду позвоню этой девчонке, пока она не взбесилась.
— Удачи тебе.
Он козырнул мне — намного четче, чем я, — пошлепал в коридор, и я услышал, как он роется в своей сумке.
Поднявшись с кровати, я поморщился — задница немного побаливала, но то была приятная боль, — и натянул чистые тренировочные штаны. Проверяя почту, я слышал голос Гаррета, доносящийся из коридора.
— Я приехал… у друга… нет, Николь, это не девушка. Как там мама? Этот тип нормально с ней обращается? Все-таки его надо проверить… так, не указывай, что мне делать.
Хотя его тон был задиристым, в нем безошибочно считывалась любовь. У меня родных братьев и сестер не было, и я часто гадал, каково было бы расти не одному и знать о их прошлом практически все.
— Да, ну я скоро приеду, так что готовьтесь встретить с оркестром… Господи, я пошутил. Только попробуй устроить мне чертов парад, и я спалю город.
Пока он слушал, что она отвечала, я улыбался.
— Нет, все хорошо. Все отлично. Просто мне надо было кое-что сделать, окей? Объясню, когда приеду домой. Да, познакомлю… нет, тебе нельзя его трахнуть.
Я прикрыл рот, чтобы скрыть смех.
— У тебя разве нет парня? Которого ты водила в тир… Ха-ха, естественно, ты стреляешь лучше него, ты же Рейд. Ладно, мне надо идти. Я напишу, когда меня ждать…
Вовсю улыбаясь, я уже даже не смотрел на экран. От его разговора с сестрой у меня внутри почему-то распространилось уютное, теплое чувство, которое только усилилось, когда жар его тела опалил мою спину, а ладони легли на мои плечи и стали мягко их мять.
— Ты, похоже, очень любишь сестру.
— Ну, она ничего. — Гаррет улыбнулся. — Не, она классная. Вы друг другу понравитесь. — Его руки остановились, и он показал пальцем на дверь. — Ты не против, если я схожу в душ?
Я отвернулся к компьютеру. Женская версия Гаррета? Это звучало немного пугающе. И я не знал, что ответить на его предположение о моем возможном знакомстве с его семьей. Они что, приедут сюда? Как это будет?
— Конечно, иди.
— Отлично. — Он, не сводя с меня глаз, отступил к коридору. — А потом… сниму номер в гостинице, да? Тут недалеко есть одна.
— Не говори глупостей. Ты останешься здесь.
На лицо Гаррета вернулась широкая, сияющая улыбка.
— Ты уверен?
— На триста процентов.
— Ты не пожалеешь, поверь. — Он окинул меня всего взглядом. — Я подзаправился и готов к третьему раунду.
— Или… ко второму с половиной?
Гаррет с беззвучным смехом показал мне средний палец и ушел в душ.