Все ждали его ответа. Торговые возможности могли сильно повлиять на отношения между Мошкой и Империей.
– Во время поездки к Замку я выискивал у вас предметы роскоши, но не увидел ничего, кроме вещей, созданных специально для людей. Может, я просто не узнал их?
– Мне знакомо это слово, но у нас очень мало предметов роскоши. Мы – при этом я говорю, разумеется, за Отдающих приказы – делаем упор на силу, территорию, поддержание домашнего хозяйства и династии. Нас самих мало интересует выбор нашими детьми места в жизни.
Бари запомнил эту информацию: «Мы говорим за отдающих приказы». Значит, он имел дело со слугами. Нет, с агентами. Нужно держать это в памяти и ждать, чем подкрепит свое обещание его финч'клик'. Улыбнувшись, он сказал:
– Как жалко! Предметы роскоши удобно перевозить. Вы поймете мои проблемы с выбором товаров для торговли, когда я скажу, что едва ли будет выгодно покупать у вас золото.
– Я тоже так думаю. Нужно искать, и, возможно, мы найдем что-нибудь более ценное.
– Скажем, произведения искусства?
– Искусства?
– Позвольте мне, – сказала мошкита Реннера. Она заговорила на высоком певучем языке и очень быстро говорила секунд двадцать, затем оглядела всех собравшихся. – Простите, но так было быстрее.
– Совершенно верно, – сказал мошкит Бари. – Я понял так, что вас интересуют оригиналы?
– Если возможно.
– Ну, конечно. Для нас копии так же хороши, как и оригиналы. У нас много музеев, и я организую несколько экскурсий.
Как выяснилось, все хотели принять в них участие.
Когда они вернулись с обеда, Уайтбрид едва не рассмеялся, увидев дверь в ванную. Заметив это, его мошкита сказала:
– Мистер Реннер объяснил нам об уединении, – и она резко толкнула дверь, которая теперь закрывала ее нишу.
– А вот это нельзя назвать необходимым, – сказал Уайтбрид, который не любил спать один. Если он проснется среди ночи, с кем можно будет поговорить, прежде чем снова захочется спать?
Кто-то постучал в дверь. Это был космонавт Вейсс с Тэйблтопа.
– Сэр, могу я поговорить с вами наедине?
– Хорошо, – сказала мошкита Уайтбрида и удалилась в альков. Мошкиты быстро поняли сущность уединения. Уайтбрид провел Вейсса в комнату.
– Сэр, у меня есть одна проблема, – сказал Вейсс. – То есть, у меня и Джексона. Мы отправились вниз помогать… ну, там, отнести багаж, почистить что-то и тому подобное.
– Понял. Вам не нужно делать ничего подобного. Каждому из нас назначено по Инженеру.
– Да, сэр. Но есть еще кое-что. Нам с Джексоном тоже назначили по Коричневому. Я… и…
– По финч'клик'.
– Да.
– Что ж, есть некоторые вещи, о которых вы не должны говорить, – оба рядовых работали на ангарной палубе и в любом случае не могли знать о технологии Поля слишком много.
– Да, сэр, мы знаем это. Никаких военных историй, ничего о корабельном оружии или двигателе.
– Отлично. За исключением этого, вы находитесь в отпуске. Вы путешествуете первым классом со слугой и местным гидом. Наслаждайтесь этим. Не говорите ничего, за что Царь мог бы вас повесить, и не беспокойтесь о расходах. Будьте хозяевами положения и надейтесь, что вас не отправят назад следующей шлюпкой.
– Слушаюсь, сэр, – Вейсс вдруг усмехнулся. – Вы знаете, именно поэтому я и попал в Военный Флот. Странные миры – вот что нам обещают вербовщики.
– «Далекие забытые города…» Я тоже.
Позже Уайтбрид стоял у панорамного окна. Город сверкал миллионами огней. Большинство крошечных машинок исчезло, но по улицам двигались огромные грузовики. Пешеходы умерили свое рвение. Уайтбрид заметил кого-то высокого и веретенообразного, который бежал среди Белых так, как если бы они стояли на месте. Увернувшись от огромного Носильщика, он исчез вдали.
Реннер проснулся до рассвета. Пока он принимал замечательную ванну, мошкиты выбрали и предложили ему одежду. Реннер решил принять их выбор. Он был снисходительным к ним – они могли быть последними невоенными слугами, которых он когда-либо имел. Его оружие было осторожно выложено вместе с его одеждой, и, ненадолго задумавшись, Реннер пристегнул его под гражданскую куртку, сшитую из какой-то изумительной сияющей ткани. Ему не требовалось оружие, но устав был уставом…
Все остальные завтракали, разглядывая рассвет через большое панорамное окно. Он выглядел похоже на закат – тоже во всех оттенках красного. День на Мошке-1 был на несколько часов длиннее земного, соответственно, ночь была дольше, и люди могли дольше спать утром и все равно вставать до рассвета.
На завтрак подали большие, очень похожие на яйца, вареные предметы. Внутри они выглядели так, словно яичный белок и желток смешали, но все это имело вишневый цвет. Реннер сказал, что все эти вишневые штуки не стоят того, чтобы их есть, и не притронулся к ним.
– Музей всего в нескольких кварталах отсюда, – мошкита доктора Хорвата быстро потерла свои правые руки. – Предлагаю идти пешком. Думаю, нам не понадобится теплая одежда.
У всех мошкит была эта проблема: какую пару рук использовать для имитации человеческих жестов? Реннер подумал, что мошкита Джексона должна свихнуться. Джексон был левшой.