Окончив школу, Игорь Москалёв решает пойти в армию Федерации, чтобы стать героем и защищать Землю. Однако родственники считают, что служба — это слишком опасное занятие для их отпрыска. Подключая «связи», они непрошеной заботой создают Игорю множество проблем, которые главный герой вынужден решать. Попутно он узнаёт что такое служба в армии и понимает, что скрывается за красивым фасадом. Это первая книга о рядовом Москалёве из предстоящей серии.
Клёвый плакат. Даже звёзды на заднем плане светятся и мерцают.
— Ты чего на него уставился? Тоже хочешь стать героем? Гы-гы.
Я отвернулся от рекламного плаката, изображающего космического десантника в боевом скафандре с ракетомётом наперевес и надписью крупными буквами «Стань героем — защити Землю!» и посмотрел на толстое лицо Шимонкина, своего одноклассника. Шимонкин был слегка двинут головой, поэтому экзаменов не сдавал, а учился по какой-то медицинской справке, которая давала ему право переходить из класса в класс без всей этой ерунды с зубрёжкой про гипотенузу и восстание Спартака. Так же, без экзаменов, ему выдали аттестат об окончании средней школы. Раньше других, потому что другим, как раз, экзамены сдавать было необходимо. Дуракам в Земной Федерации везёт с незапамятных времён. Я называл его просто — Шимон. Он не обижался.
— Нет, Шимон, — ответил я ему. — Герой у нас ты, а я только мечтаю.
Шимонкин не понял, серьёзно я говорю или подкалываю его и поэтому заговорил о своём:
— Нет, Игорь, ты глянь, — он указал пальцем на один из рекламных плакатов, развешанных по всему холлу нашей школы.
Я не сразу понял, куда именно он тычет своим пухлым пальцем с обгрызенным ногтем, так как большую часть плакатов заслоняли такие же, как и мы, выпускники. Парни и девчонки семнадцати-восемнадцати лет в бежевой школьной форме, слонявшиеся по холлу и разглядывающие разноцветные глянцевые холстины, зазывающие на учёбу в разные колледжи и университеты. Их вывешивали в холле в конце каждого учебного года. Замануха для выпускников. Впрочем, таких плакатов было около половины. Вторую половину составляли плакаты типа того, на который засмотрелся я, предлагающие реализовать свой творческий потенциал на низкоквалифицированной работе. Народу возле таких плакатов было значительно меньше.
«Чистота — основа здорового общества!» — это реклама местной жилищно-эксплуатационной конторы. Им требовались дворники. «Грамотно разобрать — значит наполовину собрать!» — на плакате с этим бессмысленным лозунгом человек в форме разнорабочего замахивался кувалдой, намереваясь долбануть ей по лежащей на наковальне голове робота. Это была реклама фабрики по утилизации вышедших из строя или морально устаревших приборов. Им требовались мастера из разряда «ломать — не строить». «Закопаем и выкопаем!» — пригородный колхоз, специализирующийся на выращивании картофеля, звал в крестьяне. «Придумай и напиши большими буквами!» — дизайнерская фирма по производству рекламных плакатов. Им требовались составители рекламных слоганов и лозунгов. Надо же. Туда тоже берут тех, кто не смог поступить в университет или колледж. Теперь понятно, откуда весь этот рекламный бред.
Наконец я рассмотрел плакат, в который тыкал пальцем Шимон. «Народное творчество из подручного материала». На плакате молоденькая девчонка с косичками в деловом костюме цвета «бордо» и эмблемой учебного заведения на левой груди держала в одной руке здоровенную пружину, а в другой кедровую шишку. Губернаторский колледж народных промыслов. Блин! Этому ещё и учат! И дипломы дают. Шимон восхищённо смотрел на плакат.
— Да. Тебе туда прямая дорога. Ну а если не примут, пойдёшь в рекламщики. Будешь слоганы придумывать.
— Да уж лучше, чем в твоей армии, — надулся Шимон. — Армия, это вообще потеря времени. А я вот, пока ты будешь там маршировать, успею образование получить, научусь поделки делать и открою свой магазин.
— Какой ещё магазин?
— Магазин поделок. Меня может даже в музеях показывать будут.
— В цирке тебя показывать будут.
Шимон надулся ещё сильнее.
— Ладно, — сказал я, — будь здоров, а мне пора. А то ещё на последний экзамен опоздаю.
Шимон остался разглядывать понравившийся ему рекламный плакат, а я пошёл к триволатору — движущейся дорожке, поднимавшей учеников на второй этаж школы. Чтобы встать на неё мне пришлось отстоять небольшую очередь — последним экзаменом было обществоведение. Этот предмет считался одним из самых лёгких, поэтому на него всегда записывалось большое количество выпускников последнего, тринадцатого класса.
Поднявшись на второй этаж, я прошёл по светлому коридору, одна стена которого была выполнена из прочного стекла. Вдоль этой стены тянулись блестящие металлические перила. Во второй стене коридора имелось два десятка дверей, ведущих в классы.
