- Зимой 1941 года в самый пиковый момент немецкого наступления, когда Гитлер вот-вот должен был перерезать транспортный узел вокруг Москвы, и страна распалась бы на несколько несвязанных частей, на западных подступах к БМА вдруг появились войска под условным названием 'московское ополчение'. Откуда их Ставка взяла - об этом спорят по сей день, информация все еще засекречена. Но факт налицо - наступление было остановлено, а потом подошли сибирские дивизии, разгромившие немца наголову.
- Так Вы думаете, в Москве кто-то, действительно, живет? - встрепенулся Вержин.
Краевед покачал головой.
- Московской воздух в больших концентрациях вызывает эйфорию и галлюцинации. Заканчивается все плохо. Кстати, есть версия, что Наполеон умер в пятьдесят два года как раз из-за последствий московского отравления. Жизнь в Москве для нормальных людей невозможна. И даже для выживших долгое пребывание там бесследно не проходит.
В это время Сэм разглядывал карту на стене, явно не фабричного производства - четыре искусно склеенных вместе листа ватмана с большой надписью сверху 'Moscow desertum'. Сэм обернулся к Керленову.
- Что здесь написано?
- 'Московская пустошь' на древнеримском, - объяснил Керленов, - Если от латыни отнять 'ум', выйдет то же самое, но по-английски.
- Вы от 'Славянотура' работаете? - спросил Самсонов, - Я по вашей путевке в Финляндию ездил пару лет назад.
- Да это мы, в основном, ради лицензии, - Коротков слегка смутился, - Так-то мы по окрестностям БМА работаем.
- И как идут дела?
Коротков с Керленовым переглянулись.
- Народа немного, - вздохнул Керленов, - Но мы ничего перебиваемся - школьникам проводим занятия по истории родного края. К дням города организаторов празднеств консультируем. Статейки пишем. То-сё...
- Но я так понял, Вы хотите прямо эксклюзивную экскурсию. Это интересно, - Коротков откинулся на спинку кресла, - Вы не похожи на скучающих богачей.
- Я сюда приехал, чтобы вернуться в Москву, - сказал Вержин.
Коротков снял очки, положил на стол.
- Простите, я Вас верно расслышал?
Самсонов охнул.
- Андрей, это...
Вержин обернулся к другу.
- Шиза? Ты это хотел сказать?
Коротков протер тряпочкой стекла, надел очки обратно.
- Так, ребята. Давайте теперь все по порядку...
Андрей закончил. Некоторое время в агентстве стояла гробовая тишина.
- Да-а-а... - протянул, наконец, Коротков, - Как бы Питер, но только старше на полтысячелетия и в центре коренной Руси! Не с немцами и голландцами, а опирающийся на национальную русскую мощь. Оттолкнувшись от такой столицы Сталин докатился бы до самого Ла-Манша. А Петр не стал бы строить столицу в гнилом болоте, а грозил бы шведу прямо из центра державы! При взгляде из такой столицы, в центре страны, Европа - полуостров Великой России!
- Ну вот, опять махровое имперство полезло... - застонал Керленов.
- Молчи, демократ, - огрызнулся Коротков.
- Не могу молчать! - воспротивился Керленов, - Ну вот смотри - в этой Москве, о которой говорит Андрей, все скучено в одном месте - власть, деньги, культурка. А зачем?
- Ну как же! - Коротков аж подпрыгнул, - Во всех же державах первого ряда - именно так. Во Франции - Париж, в Англии - Лондон. В Штатах - Нью-Йорк...
- Плохой пример. В Штатах кроме Нью-Йорка еще есть Лос-Анжелес, Чикаго, Сан-Франциско, Бостон, Филадельфия. Это все вполне самостоятельные культурные и экономические центры. Ничем не провинциальней Большого яблока. Да и в Германии так же. И в Италии.
- Вот потому твои Италия с Германией и были до конца XIX века - под иноземной властью, - парировал Коротков.
- Но если все в одном Москвограде - МГУ, Триумфальная арка, Третьяковка, Медный всадник, Эрмитаж...
- Медный всадник и Эрмитаж - в Питере, - пробормотал Андрей.
- Ну, лады, - согласился Керленов, - Если все собрано в Москве и в Питере, то что тогда в остальной стране? Только хрущевки и брежневские многоэтажки?
Коротков глянул на него с сожалением.
- Хороший ты парень, Керленов, только непонятливый. Ты только вообрази себе этот город. Вся культура, архитектура, наука и общественная жизнь не размазана тонким слоем по огромной территории, а сконцентрирована в одном месте. Представляешь, что бы это было? Какое искрило бы напряжение творческой мысли? Представь себе людей, живущих в такого колоссального интеллектуального и творческого напряжения. Здесь бы выросла качественно иная элита! Не то, что нынешний 'бомонд', - на этом слове Коротков скривился, - Париж с Лондоном зачахли бы на его фоне.
Самые известные театры, штук сорок самых лучших - в одном городе. Если ты любитель театра, и хочешь познакомиться с лучшими образцами живьем - не надо ехать во МХАТ в Курск, а в Большой - в Катер. Приезжаешь в Москву, селишься в гостиницу и идешь - сегодня в Малый, завтра - в Ленком, послезавтра - имени Пушкина.
- Да, но если я живу в Курске, я, что же - вообще, в театр пойти не смогу?
Коротков опустил руки.
