«Следователь: Повторите, пожалуйста, свою легенду.
Быков: Я не разведчик, у меня нет легенды.
Следователь: Хорошо, расскажите еще раз, что вы хотели донести до главы правительства Сергея Юрьевича Лукина.
Быков: Я хотел донести до него, что из непростой ситуации, в которой оказалась Россия и весь мир, есть реальный выход.
Следователь: Какой же?
Быков: Разве вас зовут Сергей Юрьевич Лукин?
Следователь: Нет. Но мы не можем сообщать председателю правительства обо всех, кто приходит сюда с рецептами спасения человечества. Вас, ходоков, нужно фильтровать.
Быков: И что, много таких? С рецептами?
Следователь: Хватает. Можно книгу рецептов издавать… Извините, у меня нет времени на словесные прения. Вы хотите сообщить о себе что-то конкретное? Кто вы? Откуда появились в Новосибирске?
Быков: Повторяю еще раз: меня зовут Павел Быков, я гражданин Российской Федерации, по роду занятий – ученый. Физик. Приехал в Новосибирск с Урала, где проживал последние двадцать лет.
Следователь: Почему вы хотите встречи именно с Лукиным?
Быков: Он кажется мне человеком, способным понять то, о чем я говорю.
Следователь: То есть я не смогу понять?
Быков: Боюсь, что нет.
Следователь: Вы так далеко не уедете. Неужели сами не понимаете?
Быков: Я фаталист. Если мне суждено попасть к Лукину, то я к нему попаду».
Таежный юродивый. Надо же, нашел-таки себе слушателя. Даже, похоже, обернул этого самого штабс-капитана в свою веру. Но вот что за вера? О чем могли они беседовать друг с другом целых три недели? Вопрос, вроде бы пустой и ни о чем, не давал покоя Лукину, ближе к полуночи уже почти развоплотившемуся в облаках сигаретного дыма. Цепь странных, невероятных совпадений гипнотизировала его ум. Физик очевидно двигался по проторенному фарватеру. История, которая есть непостижимое предпочтение случайностью одних выборов перед другими, в открытую благоволила ему. Странное дело, внутри как ровное, спокойное, но все равно болетворное пламя спиртовки, разгоралась ревность.
* * *
