Ученые озадачили: в райском саду, который-де располагался в Междуречьи, яблок быть не могло, и потому Ева предложила Адаму некоторую разновидность лимона (!).
Кстати, зеленого цвета. И смех, и грех (смертный).
*
Продолжается загадывание погоды. Второй Спас отвечает за январь.
19 августа 1837 года — открыта Пулковская обсерватория. Для нас тот 1837 год это в первую очередь год смерти Пушкина. Мы смотрим из нашего времени; ретроспектива выделяет события, которые в те времена могли пройти незамеченными или толковались иначе. Уход Пушкина не мог пройти незамеченным, однако вряд ли он составил для современников то же впечатление, что и для нас, — прекращение свечения некоего важнейшего источника. Звезда закатилась — и тем же годом открывается обсерватория, ищущая новых звезд. Сопоставление искусственное, но показательное; невольная рифма.
19 августа 1934 года. Открылся I Съезд российских писателей. Вот проект довольно странного преображения. Несомненно, подавляющее большинство его участников проводило (про себя) параллели с церковным праздником.
Выступление доярок: мы, доярки, обещали бороться за молоко, а вы давайте больше книг. «Давайте» — это ничего. Писатели дают — доят белое (бумагу).
19 августа 1991 года. Начало августовского путча, преображения России, которая все ищет своих светлых одежд. О том преображении, о совпадении политического события с праздником говорили тогда многие. Строго говоря, совпали путч (неудавшийся) и праздник. Сводить их вместе, тем более отыскивать какое-то их смысловое совпадение было бы неточностью. Скорее, праздник подчеркнул неготовность России к существенному преображению, к перемене изнутри. Это видно потому, как мы теперь вспоминаем 1991 год: беспразднично, казенно, как будто отстраняясь от того, что в те дни произошло.
К слову: 19 августа 1917 года в Петрограде было сформированное второе коалиционное правительство Керенского. Все о том же: о неготовности страны к преображению, к бытию на свободе, в развернутом пространстве (смысла).
Успение
28 августа — Успение Пресвятой Богородицы и Приснодевы Марии
Успение Богородицы ожидается 28 августа, однако в Иерусалиме заранее начинаются церемонии, связанные с этим праздником. 25 августа из храма, расположенного близ Храма Гроба Господня, выносится хранимая в нем плащаница, которой Богородица была покрыта в день Успения. Плащаница эта надета на деревянный плоский образ Марии, вырезанный по контуру тела. Так дети одевают в разные платья картонную фигурку девочки. Образ этот очень мал. Фигурку несет по обычаю греческий архимандрит (может, архимандрит так велик?), и у него в руках она выглядит, как детская игрушка. Отсюда — марионетки. Сразу вспоминается маркесова Урсула, которая к смерти сделалась так мала, что дети носили ее в корзинке.
Архимандрит проносит изображение Марии по улицам Иерусалима — следом течет толпа — и затем возвращает ее настоятелю храма. Тот укладывает фигурку в плащанице в подобие гроба, кроватку, покрытую сверху балдахином. Верующие подходят к кроватке, но не целуют самый образ, а проползают под кроваткой. Так они учатся у Богородицы, как наверное попасть в Царствие небесное.
*
25 августа 1479 года. Освящение нового Успенского собора в Кремле.
Старый был заложен митрополитом Петром Московским 26 августа 1326 года при Иване Калите и стоял до 1472 года. Строительство нового собора сопровождалось великими трудностями. См. выше, главу одиннадцатую, Помещение Троицы: на Троицу 1474 года храм сотрясся (будто бы от землетрясения) и обрушился наполовину. Это было третье разрушение строящегося храма. Только спустя пять лет, на Успение, он был закончен благополучно.
Таковы для Москвы сюжеты троицкий и успенский: трудное начало и успешное, успенское окончание дела. Между ними помещается московское лето.
Две точки: начальная и конечная заключают между собой единый сюжет. Необходимо целое лето для вызревания некоего важного (московского) плода, здесь — собора. Он встал, он налился светом — плотным, сведенным в шар.
Лету, свету, году наступает пора «умирать»: успевать, поспевать, спеть.
*
Успение: вторая Пасха — согласно монастырскому уставу.
Мы уже толковали о летней Пасхе, о потребности обзавестись еще одной Пасхой по эту, наклонную вниз сторону года. Это главный августовский рецепт, тот именно, который и есть итог, закругление церковного года.
*
