Московские праздные дни полностью

В народе Введение было отмечено настроением некоторой повышенной ответственности (я погорячился с обвинением Москве в нелюбви к введенскому сюжету: тут другое дело, тут речь идет о воплощенной тайне — Москва умалчивает о тайне).

В этот день происходила проверка запасов перед зимою. Капусту подвешивали над землей, свеклу закапывали в кружок в песок.

В этот день в Москве происходили ярмарки. На Никольской улице торговали преимущественно платками, в Охотном Ряду — санями. Обязательны были подарки. Введение рассматривали как верную примету календаря: Введение в зиму. Введенье пришло — зиму привело. По этому празднику судили о всех грядущих зимних праздниках. Введение с морозом, все праздники будут морозны. С теплом — все теплые будут.

Обновляли сани. Особое внимание было саням молодых, тех, что женились за год, минувший с прошлого Введения. Сани им подбирались расписные, украшенные всем, чем только можно было их украсить. Муж «казал молодую». Казал — прежде невидимая, она теперь становилась видна.

Праздник имел в древности некоторые прототипы. У древних персов это был праздник огня. Ничего удивительного, в такую стужу и темень.

Введенье ломает леденье. Еще и оттепель. Общая сумятица и сомнение в природе.

Опять вспоминается Аустерлиц и в этот день взломанный лед.

Введение: незаметный (один из главнейших), сложно читаемый праздник в храме, в настоящий момент отсутствующем. Что такое этот праздник, как праздновать такое?

Так же, многослойно, неявно; многажды человек в человеке, Бог в человеке, Богочеловек. На пятнадцать ступенек вверх.

Если ноябрь «Москводно», то эти пятнадцать ступенек суть первое над ним возвышение. Ненастоящее, невидимое, сочиненное, отложенное на будущее.

Во Введении предугадывается подъем к Рождеству; он не виден, но тайно ощущаем.

Его главный сюжет — подъем (невидимый в невидимое). Такова сумма рассуждений о празднике Введения.

Увидел в календаре и решил, что подойдет. Буквально: о возвышении.

15 декабря родились двое великих строителей башен: в 1832 году Гюстав Эйфель, архитектор, строитель, автор проекта Эйфелевой башни в Париже; в 1907 — Николай Васильевич Никитин, ученый, конструктор, проектировщик Останкинской телебашни.

Парижане называли Эйфеля инженером вселенной.

Аполлинер: Эйфелева башня – лестница в бесконечность. Это вам не пятнадцать ступенек. Хотя мы еще посмотрим, у кого небеса выше.

Эйфелеву башню построили в 1889 году. Замысел был поставить сооружение вдвое выше египетских пирамид; он удался — изначальная высота составила 304 метра, после установки телевизионной антенны башня подросла еще метров на двадцать. Подъемник на башне работал без перерыва со дня открытия пятьдесят лет, до прихода фашистов в 1940 году. Тут он сломался, и так, что гитлеровцы не смогли его починить. Привозили своих мастеров, и те не разобрались (а может, не захотели, фашисты иным немцам также были поперек горла). И только когда Париж был освобожден, появился местный подъемных дел мастер, подул, поплевал, и лифт заработал.

Никитин участвовал в проектировании главного здания МГУ, а также хорошо узнаваемой «московской» высотки (Дворца науки и культуры) в Варшаве.

Московские высотки: интереснейшая, не раз отмечаемая метафизиками «вертикальная» тема. Они идут по кругу — что означает их громоздкий циферблат? Но это не декабрьская, не введенская, скорее, летняя тема.

14 декабря 1825 года.

…О восстании декабристов пророчествовали многие. Само это восстание было в известном смысле проектно (подходило по сезону? указывало на будущий «свет»; в самом деле, было бы интересно в качестве попутного упражнения рассмотреть это событие как некий — жестко представленный — «пророческий», декабрьский проект).

Почему-то в эти числа декабря являются одна за другой российские конституции — разных, порой полярных политических эпох. Закон (поверх-политический) приходит на ум: сегодня, 14 декабря, как раз пророк Наум.

Наверное, после ноябрьских хлябей и пустот, после безвременья календаря обозначается понемногу некая структура (конституция сознания). Разве не так? На дворе самый «конституционный» сезон. Время политических пророчеств, масштабных утопий.

Декабрь и за ним новый год — будущее время заметно приблизилось; самое время заявить его чертеж.

В этом смысле декабристы были календарно уместны.