— Я думаю, надо отдать девочку в Университет, я тебе не рассказывала? Матильда в этом году закончила школу. Господи, я понимаю, ты улыбаешься, ты думаешь: «какие в Калуге школы?» — и ты не прав! Матильда — очень прилежная девочка и очень хорошо училась! Я ходила с ней к господину Зайцеву, директору школы при Университете. Так вот, господину Зайцеву понравился уровень подготовки Матильды, и он сказал, что она может сдать экзамены и учиться. Но сколько это будет стоить денег! Матильда у меня умница, но вряд ли она сможет сдать экзамены на стипендию, придется платить… Правда, «Науком» обещал помочь, ведь моя сестра, пусть земля ей будет пухом, была не уборщицей какой-нибудь, а инженером! И господин Рюкович из корпорации прямо сказал, что до окончания школы Матильде будут платить пенсию и, может быть, помогут с Университетом. Правда, придется подписать контракт с «Науком», но ведь это лучше, чем болтаться по улице, да? А пока, думаю, пусть девочка поработает. Задатки у нее очень хорошие. А чего ты все молчишь? Ходил на рынок? Почем сегодня свекла? Думаю, борщ сварить…
— Тыся-ача рублей!
— Два
— Ка-ак бизнес? — уныло поинтересовался Олово.
— А, — скривилась Мамаша. — Было бы о чем говорить! Люди верят компьютерным оракулам, а не линиям, нанесенным на руку самим Провидением. Безумный век! Полный упадок нравственности.
— Мастер говорит, ты хороша-ая га-адалка.
— Мастер слишком добр ко мне, — улыбнулась Даша. — На самом деле мне просто везет больше, чем остальным.
Она бросила внимательный взгляд вдоль улицы. Покинувшая подворотню Матильда стояла возле большого черного мобиля и щебетала о чем-то с сидящими в нем парнями.
— Давненько их не было видно, — проворчала Мамаша.
— Групповушники, — неодобрительно буркнул Олово. — Дурные.
И в подтверждении своих слов кивнул головой.
— Они меня боятся.
— Тебя-я?
Мамаша хитро посмотрела на мужчину:
— Я им сказала, что ты мой двоюродный брат.
Несколько мгновений Олово изумленно таращился на гадалку, после чего запрокинул голову и расхохотался. Даша, с заметной нервозностью ожидавшая реакции на свое заявление, захихикала.
— Ста-арая ведьма-а! — Указательный палец Олово ткнулся в гадалку. — Врунья-а!
— А ты бы хотел, чтобы мою единственную племянницу обидели групповушники?
Олово перестал смеяться и неопределенно пожал плечами.
— К тому же тебе и делать ничего не надо, — отрезала Мамаша. — Вряд ли они станут наводить справки.
Олово развел руками, почесал затылок, вновь переложил авоську из руки в руку и сообщил:
— Мне пора-а.
Гадалка проводила Олово взглядом, вздохнула и с улыбкой посмотрела на подошедшую племянницу:
— Не пугайся его, Мата, Олово — друг.
— Но я всего лишь…
— Я знаю, девочка, я знаю, — негромко произнесла Даша. — Ты всего лишь сказала то, что увидела. Но ты обидела его.
— Я сказала правду! — Девушка упрямо насупилась. — На нем лежит проклятие!
— Я знаю, — тихо откликнулась Мамаша.
— Какая попка у этой Матильды, да? — Казбек, развалившись на заднем сиденье открытого мобиля, причмокнул губами. — Кругленькая такая, подтянутая… Сытная девочка.
— Кровь с молоком, — поддакнул Мыра. — А буфера ты заценил? Я всегда на буфера сначала смотрю. Баба без буферов и не баба, считай.
— Слышал, она в Калуге росла? Небось голой в реке купалась. Только представлю, как она в воде нагибается…
Казбек и Мыра недавно прибились к компании и еще не знали многих реалий жизни на Сретенке. Поэтому сидящий за рулем мобиля Солома, лидер тусовки, покосился на приятелей и негромко поинтересовался:
— Вы разве не слышали, что сказала Мамаша Даша?
— А что?.. — начал было Казбек, но его перебил Мыра:
— Солома, тормози!!
Перед широким бампером мобиля непонятно откуда вырос невысокий лысый мужчина с авоськой в руке, и только реакция лидера помогла избежать аварии.
— Во, придурок! — Казбек зло ощерился. — Ну, я му сейчас…
— Молчи! — Солома резко дернул приятеля за рукав. — Услышит!
— Я не понял…
— Потом объясню.
Парни замолчали. Олово подошел к водительской двери и медленно оглядел компанию. Солома нервно сглотнул:
— Что-то не так?
— Я-а двоюродный бра-ат Мама-аши Да-аши, — поведал Олово.
— Мы знаем, — очень вежливо и очень осторожно произнес Солома.
— Ма-атильда — моя племя-анница.
— Мы это поняли.
— Хорошо.
Олово подумал и сделал легкий жест рукой. Солома с предельной почтительностью склонил голову и надавил на педаль. Мобиль медленно покатился по улице.
— Что это за крендель? — осведомился Казбек. — В чем проблема?
— Боюсь, что о попке Матильды тебе придется забыть, — вздохнул Солома. — Хорошо еще, что он не слышал твои разглагольствования.
— Да кто это?
— И что у него за тату? — встрял Мыра. — Дикие какие-то, страшненькие.
