— Только то, что он слишком хорош.
— Вот сейчас! — Полковник вернул картинку на несколько кадров назад. — Смотрите, наш друг на мгновение оказался в тени…
— И что?
— Вам не показалось, что после этого он стал двигаться еще быстрее?
— Не уверен, — честно признался лидер Триады. Комната, в которой проходили переговоры, не была ярко освещена, не полумрак, конечно, но темных участков в ней хватало, и Тао показалось, что невысокий боец специально «ныряет» в них, чтобы затем атаковать противников. Он действовал так, словно тень придавала ему сил.
— Я отправлю файл на экспертизу в Пекин, — решил полковник. — Пусть поломают головы аналитики.
— Правильное решение, — согласился господин Пу. — Возможно, мы действительно нашли нечто интересное: Если Мутабор или кто-то еще разработал новое поколение генавров, в Поднебесной должны знать об этом.
— Не думаю, что это генавр, — едва слышно прошептал Тао.
Он отправил файл, убедился, что сообщение благополучно доставлено, и обернулся: подал голос коммуникатор господина Пу.
— Абонент не определен. — Лидер Триады прищурился. — Или из Пекина… или Всадник.
Интересно. Полковник подошел ближе и с любопытством посмотрел на монитор, изобразивший мерно покачивающегося на верблюде бедуина. Верблюд брел по пескам, самостоятельно выбирая дорогу, бедуин потягивал коктейль из высокого бокала и задумчиво взирал на голубое небо. Китайцы молчали.
Выждав несколько мгновений, бедуин оторвался от коктейля и улыбнулся абонентам:
— Вы напрасно послали своих людей к граверам, господин Пу. — Выдержал едва заметную паузу, достаточную длинную, чтобы поднебесники ее почувствовали, и достаточно короткую, чтобы не успели ответить, и ехидно поинтересовался: — Тао вам посоветовал?
Полковник поперхнулся: хорошее дело! — Консорциум уже знает о его присутствии в Москве.
— Не волнуйтесь, господин Тао, — улыбнулся Всадник, словно увидев отразившееся на лице китайца замешательство. — Я не болтлив. Жизнь в пустыне не располагает к разговорам… скорее, к созерцанию.
— Откуда вы узнали обо мне?
— Я региональный менеджер Консорциума, — напомнил бедуин. — Мне положено знать, что происходит на подведомственной территории.
Всадник знает… а знает ли Мертвый? Полковник несколько растерялся.
— Я хочу в последний раз сказать вам, господа, что мы договорились, — размеренно продолжил бедуин. — Или вы получите «поплавки» от меня, или не получите их вообще. Я лично гарантирую, что на этот раз проблем с поставкой не будет.
— Вы ведете себя дерзко, — буркнул господин Пу.
— Если мы будем придерживаться взятых обязательств, больше никто не пострадает.
— Хорошо! Мы подождем вашей поставки. — Тао справился с растерянностью, сосредоточился, и в его голосе зазвучали жесткие нотки. — Но наше дело имеет необычайную важность. Если вы не успеете, я обещаю вам, лично вам, господин Всадник, крупные неприятности. ОЧЕНЬ крупные неприятности. Вы умрете.
Верблюд неожиданно сошел с курса и помчался за колючкой. Бедуин засмеялся.
— Когда вам нужны «поплавки»?
— Завтра.
— Они будут. Но поскольку вы попытались сыграть не по правилам, обговоренная нами цена несколько изменится. Ваши ребята предлагали граверам по три миллиона за процессор, всего двадцать один миллион. Столько вы и заплатите.
— Или ты умрешь.
Верблюд задумчиво пожевал колючку и плюнул куда-то в сторону. Бедуин швырнул следом пустой бокал из-под коктейля и буркнул:
— Готовьте деньги.
Хочешь найти толкового ломщика? Иди в «Подпрограмму». Хочешь узнать последние сетевые новости? Иди в «Подпрограмму». Бар был далеко не единственным заведением в Москве, где собирались машинисты, но самым известным. Он занимал трехэтажный дом на первом уровне Солянки, у самой границы с Федеральным Центром, работал круглосуточно, предлагал клиентам только напитки и легкие закуски и был всегда переполнен. Сюда приходили поговорить, посплетничать, встретиться с друзьями, отдохнуть. Здесь не было информационных экранов, громкой музыки и работающих компьютеров. Только сигаретный дым и голоса людей. Машинисты приходили в отделанные натуральным деревом залы, чтобы отдохнуть от Цифры, почувствовать себя людьми. Бывший ломщик Монгол прекрасно знал, что предложить братьям, а потому процветал.
Майя с улыбкой вошла в знакомое помещение, подошла к стойке, за которой высился пузатый Прокопыч, дождалась едва заметного кивка владельца бара и незаметно скользнула в подсобку.
— Привет!
— Привет, дорогуша, прекрасно выглядишь. — Монгол чмокнул девушку в щеку. — Все крутишься, Переплетчица?
— Жизнь такая.
— Как настроение?
— Отличное!
— Жаль, что придется его испортить.
Майя нахмурилась:
— Что случилось?
— Курьера с твоей посылкой взяли безы, — вздохнул Прокопыч.
— Ох!
— Мне сообщили, что груз в СБА. Извини.
Монголу просить прощения было не за что: в проколе не было его вины, но он видел, как расстроилась девушка.
