Московский лабиринт полностью

Ожидание — натянутая, вот-вот готовая лопнуть струна. Единственный, кто спокоен — доктор. Он щурится на солнце и неторопливо закатывает левый рукав куртки. Поворачивает внутреннюю сторону запястья в направлении «шпиона».

Что такое?

Вглядываюсь до рези в глазах, но так и не могу ничего увидеть на его руке. Никаких надписей и татуировок.

Значит…

Мне становится страшно…

…В гараже пахло бензином, а в погребе под гаражом квашеной капустой. Михалыч щелкнул выключателем. Едва тлеющая лампочка осветила крутые ступеньки. Ряды банок с маринованными овощами. Мы спустились. И на полу, в углу обнаружился длинный сверток. Я зажгла аккумуляторный фонарь. Старик дернул край матовой пленки, развернул.

Внутри был труп. Человек средних лет, с аккуратной дыркой во лбу.

— Двоих наших замочил, прежде чем я его успокоил, — вздохнул Михалыч.

Мертвец не казался серьезным противником. Уж больно невзрачен. Грязно-синий драный свитер, потертые джинсы. Носки дырявые. А обуви нет.

Старик проследил мой взгляд и пояснил:

— Ботинки у гада хорошие. И вроде — сорок третий. Может, Локи подойдут? Не помнишь, какой у него размер?

— Сорок третий — в самый раз, — выдавила я.

— Только не объясняй Генке — откуда. Ещё начнет брезговать, дурачок…

Михалыч достал цилиндрик сканера и присел рядом с телом. Поводил цилиндриком. И озабоченно качнул головой:

— Не получается. Может, сигнал слабый?

Закатал рукава у трупа и провел сканером по желтоватой коже.

— Бесполезно. Не с нашей техникой…

Достал нож.

— Ну-ка посвети, Таня…

Пощупал правое запястье мертвеца. Сделал аккуратный надрез. Раздвинул рану. Снова рассёк плоть… Меня замутило.

— Держи фонарь ровно, Таня… Кажется, не здесь…

Сталь опять прочерчивает кожу трупа. Теперь на левом запястье… Я пытаюсь не смотреть. Дыхание Михалыча — ровное, сосредоточенное…

— Есть! Вот оно, Таня..

Я поворачиваю голову. Старик довольно улыбается. В раздвинутой мертвой плоти темнеет крохотный шарик. Не больше спичечной головки.

— Что это?

— Идентификация.

Михалыч бережно достаёт шарик из раны и внимательно рассматривает:

— Красивая штучка… Жаль, её уже не использовать…

Да, Старик водил нас, как слепых котят. Только насчёт идентификации — не врал. Ещё одну мы с ребятами нашли полгода спустя, в обгорелых останках. Мертвец превратился в головешки, а шарик остался целехонек.

И точно такой же спрятан в левом запястье доктора.

Грэй… Кто ты? Что я о тебе знаю? Чингиз тебе доверяет. Но Король многим доверял. Дьюк, Митяй… И кем они оказались?

Ты — не имплант, я бы сразу почувствовала… Но ведь и о Ромыче можно было сказать то же самое. И об Алане…

Я верила. Я могла подозревать кого угодно, но не тебя… А ты… Внешне мягкий, сугубо гражданский по всем привычкам — ты так и не открывался до конца. Всегда казалось — что-то прячется за ласковым прищуром. Раньше я не придавала этому значения.

Теперь всё вдруг обрело особый смысл. Каждая мелкая черточка выросла в размашистую чёрную полосу. Полосы сложились в картину…

Грэй уверял, что импланты не так уж сильны.

Убеждал Чингиза оставаться в Москве.

Удивительно легко получил информацию с полицейского сервера.

Да, он спасал меня и Артёма. Делал всё, чтобы ни один лишний волосок не упал с наших голов. Только вот ради чего?

— Результат — позитивный, — прогудело из динамика «шпиона».

Доктор опустил руку с вживленным чипом. Значит, из базы данных «охранки» пришло подтверждение.

Артём радостно моргнул. Скорее всего, он думает, что у Грэя — чужая идентификация. Если бы и я могла успокоиться этой мыслью…