Если пройти до конца улицы Горького и свернуть у площади Белорусского вокзала направо по Лесной, то вскоре мы окажемся перед не менее оригинальным зданием - клубом им. Зуева (илл. 173). Он завершен строительством в 1929 году и принадлежит к той группе клубов, начало постройки которых было приурочено к десятилетию Октябрьской революции. Сам тип подобного сооружения был совершенно новым - до революции русская архитектура не знала таких зданий, где бы проводилась и политическая агитация, и культурно-массовая работа, и физкультурное воспитание широких слоев рабочего класса. Однако уже к этому времени, то есть ко времени постройки клубов, сложились определенные требования к составу помещений рабочего клуба. Он должен был иметь зрительный зал, помещения для занятий кружков, физкультурный зал и детские комнаты. Из-за разнообразия клубной работы архитектору приходилось объединять в одном здании весьма различные по назначению помещения.
180. Дворец культуры автозавода им. И. Л. Лихачева. 1930 - 1937
Наиболее сложной задачей было решение внешнего облика клуба. Естественно, что он не мог походить ни на одно из дореволюционных зданий. Поэтому при проектировании клубов архитекторы часто обращались к формам промышленной архитектуры, считая, что последняя наиболее близка к рабочему клубу. Так поступил и И. Голосов - автор клуба им. Зуева. Лестничной клетке, расположенной на углу здания, архитектор придал цилиндрическую форму, встречаемую в архитектуре элеваторов. Вверху ее пересекает своего рода бетонный „пояс", прорезанный прямоугольными проемами окон, что напоминает заводские переходы-галереи. Остальные части здания также находят себе параллели в фабрично-заводской архитектуре, что сказывается и внутри - в подчеркнутых конструкциях перекрытий и даже в рисунке перил лестницы. Серая бетонная штукатурка усиливает сходство с промышленным сооружением. Зрительный зал на 950 мест является одним из наиболее крупных в клубном строительстве тех лет.
181. „Дом на Моховой". 1934
Архитектура, подобная клубу им. Зуева, находила себе место и в более значительных по масштабу зданиях, как, например, в Комбинате газеты „Правда" (1929 - 1935). Он расположен на улице „Правды", выходящей на Ленинградский проспект (в десяти-пятнадцати минутах ходьбы от клуба). Его автором является архитектор П. Голосов. Огромный семиэтажный корпус редакции горизонтально расчленен окнами-лентами (илл.172). В центр е фасада помещена сплошная стеклянная стена, освещающая главный вестибюль и главную лестницу. На торцах во всю высоту здания поднимаются стеклянные же эркеры-выступы. Вся выразительность сооружения строится на чередовании гладких стен со значительными остекленными поверхностями. Глухие парапеты балконов, расположенная вверху в центре лоджия и надстройки на плоской крыше служат дополнительными „украшающими" архитектурными элементами.
182. Памятник В. В. Маяковскому. 1958
В начале Садово-Кудринской улицы стоит Планетарий (1928, илл. 176). Он построен по проекту архитекторов М. Барща и М. Синявского, соорудивших его почти сплошь из железобетона. Поскольку здание Планетария являлось совершенно новым типом общественного сооружения, авторы отказались от сильных в те годы элементов „индустриальности" в облике зданий и постарались достигнуть определенной остроты новой архитектурной формы, исходя из железобетонных конструкций и назначения сооружения. Планетарий поставлен в глубине участка. Его вход был первоначально акцентирован сильно вынесенным железобетонным зонтом, окрашенным в ярко-желтый цвет, что вносило элементы контраста в сочетание этой формы с гладью круглящихся белых стен. Высокий купол серебристого цвета (алюминий), перекрывающий демонстрационный зал, привлекает издали внимание необычностью своей яйцевидной формы. Интересно отметить, что его толщина вверху едва достигает 4 см. Именно эти необычные архитектурные формы, рожденные функциональными требованиями и новыми конструкциями, делают Планетарий запоминающимся зданием, острым по силуэту, оригинальным по композиции.
В годы, когда строился Планетарий, у архитекторов считалось чуть ли не преступлением применять симметрию в построении объемов зданий или их фасадов. Поэтому в Планетарии мы найдем нарочито, порой даже функционально неоправданные выступающие стенки или вынесенные в бок пристройки. Так, на заднем фасаде привлекала внимание железобетонная винтовая лестница, заключенная в застекленный цилиндр. Подобного рода приемы были эффектны, но вряд ли целесообразны, напоминая все же архитектуру промышленно-технических сооружений.
Внутри Планетарий отличается продуманностью своего плана, пространственностью светлых, свободных помещений первого этажа, кажущихся благодаря широким окнам как бы естественным продолжением окружающего здание сада.
