Со второй половины XVII века Южная Африка стала колонизовываться голландцами.
Слово «буры», которыми голландские поселенцы начали называться, появилось несколько позже от англичан. «Boor» – грубый. Слово было выбрано очень верно, и не в уничижительном для голландских колонизаторов смысле, а по самой характерной сути.
Прежде всего: изначально голландские переселенцы вышли не из университетской или спокойной бюргерской среды, и не из тех европейцев, которые имели по постоянному месту жительства какое-либо твердое ремесленное или предпринимательское дело. В Африку двинулись те, кому не находилось места под собственной крышей. Люди же такого рода, понятно, ни образованием, ни тонкостью манер не отличались. И в багаже каждого переселенца главное место занимало оружие, поскольку расчетов, что черные аборигены пустят их на свою родную землю с поцелуями и объятиями ни у кого в понятиях не было. Оно, разумеется, и подтвердилось. Борьба пошла за жизнь. Но насмерть.
Основным проживавшим на той территории этносом были маленькие и очень подвижные чернокожие, которых колонизаторы окрестили от себя готтентотенами (убиваемые богом), с явным намеком на то, что их истребление не иначе, как дело святое.
Готтентотены не имели еще представления не только об огнестрельном оружии, но и об обыкновенной телеге. А дикость определяла не только их уровень развития, но и главную черту темперамента. К тому же, поняв вскоре, что стрельба из голландских ружей убивает не всех сразу, они избрали тактику нападения не отдельными отрядами, а максимально сконцентрированной массой. Так что колонизаторам приходилось все время заботиться об ограждении своих лагерей частоколами, чтобы успеть несколько раз выстрелить и не погибнуть под черной лавиной.
Жизнь первых поколений буров была, таким образом, не то что «не сахар», а, может быть, и похуже соли. Но справились. Перебили в итоге готтентотенов почти что начисто. Так что современные чернокожие Южной Африки в подавляющей массе – не коренные жители того региона. Они появились позже, стекаясь на юг из Центральной и Восточной части континента на работы к белым уже хозяевам. И больше всего к англичанам, которые пришли вслед за бурами.
Англичане образовали свою Капскую республику на южной оконечности континента, а буры со временем образовали три собственных полугосударственных формирования: Оранжевую республику (выше на север), Наталь (северо-восток), а над ней – Трансвааль.
В отличие от буров, которые избрали преимущественной своей деятельностью не очень крупное индивидуальное фермерство, англичане пришли с капиталом и с широкими планами использования наемного труда в сельском хозяйстве и обрабатывающей промышленности. Они же обращали большое внимание на развитие дорожно-транспортной системы всего огромного региона и на рост городов. Имея собственную Капскую зону, англичане проживали и на других указанных выше бурских территориях, и именно они выступали как главный носитель материального капиталистического прогресса.
В 1854 г. наш известный писатель Иван Гончаров посетил Южную Африку, приплыв туда на фрегате «Паллада». Точнее сказать, оказался там, участвуя в кругосветном плавании с эскадрой русский кораблей.
Он с несколькими товарищами высадился на западном побережье Южной Африки и, пока эскадра проплывала из Атлантики в Индийский океан, пересек континент посуху.
Ничего похожего на экспедицию по диким африканским местам это путешествие не имело. Регион к тому времени обладал уже вполне приличными магистральными дорогами с регулярным дилижансным сообщением. Ночь обязательно проводилась в придорожных гостиницах.
Любящий комфорт и вкусно поесть Гончаров был очень доволен параметрами местной цивилизации, а об англичанах в своих описаниях отзывался только в превосходной степени.
Классических фермеров-буров он тоже встречал и по незамысловатости и внешнему виду нашел последних вполне соответствующими этому самому английскому слову.
Прошло еще двадцать лет, и стали случаться находки алмазов и золота.
Именно англичане выступили организаторами их промышленной добычи. И под руководством английского финансового дома Оппенгеймеров образовалась известная уже всем компания «Де Бирс».
Однако большая часть залежей находилась не в Капской республике, а на территориях буров. А когда к концу прошлого века окончательно выяснилось, что размеры подземных богатств фантастично огромны, буры сразу вспомнили, что они – «коренные», а англичане – «пришлые». Все как у нас. Только скоро почувствовалось, что местные-коренные, что называется, «не на тех напали».
Англичане сразу же потребовали объективного политического решения вопроса – раздела сфер влияния. Естественно, с учетом английского вклада в развитие бурского региона.
В ответ бурские лидеры, быстренько заручившись поддержкой Франции и Германии, которые сами хотели погреться под золото-алмазным солнышком, ответили англичанам категорически: «Go home!». Тут, дескать, наши деды и прадеды кровь и пот проливали, а вы нам только нравы испортили, ну и тому подобное.
А поддержка из Европы у них была нешуточной – неограниченные поставки вооружений.
Бур без оружия – все равно что чеченец без того же самого. И понеслось! Мобилизация буров мужского пола с 16 лет до 60.
Те же их корыстные благодетели – немцы с французами – очень побеспокоились, чтобы создать в международном мнении впечатление мирного пахаря-бура, попираемого сапогом жестокого английского солдата.
Где бы, вы думали, это ближе всего приняли к сердцу?
В России, конечно, где же еще!
Если французы и немцы просто вели с англичанами политическую игру, дабы получить в компенсацию за то, что бросят в критический момент буров, определенные английские колониальные территории (именно этим и кончилось), в России вконец расстроились: «Как-жешь так?! Наших буров бьют!». Какой истинно русский сможет после этого спать спокойно?
Разволновались на самом высоком уровне, так что Николай II (устроивший через пять лет перед собственным дворцом расстрел мирных рабочих) носился с идеей международного союза всех стран против Англии в защиту буров.
Международная дипломатия, конечно же, оценила эти потуги как идиотские, потому что все понимали – кто и за что в действительности борется. Как понимали и то, что простым бурам, случись им победа в войне, никто не даст и самого задрипанного алмазика.
Николай II помалу угомонился. Но возбужденное общество – нет!
Писали воззвания, собирали деньги и, кажется, даже теплые вещи. И, как потом в Испанию, образовались толпища добровольцев. Бурятию африканскую защищать.
Поехал, естественно, только каждый сотый. Однако поехали. И среди них – наш герой Юрий Васильчиков.
