Совершенно конкретные факты связывали Квантришвили с бандой Япончика. Оперативная разработка велась на всю группу, куда кроме лидера Иванькова входили воры в законе Асаф Сосунов (кличка Жук), Владимир Быков (Балда), Валериан Кучулория (Песо), авторитет Вячеслав Слива и… Отари Квантришвили. После разгрома банды Японца будущий защитник социальных прав спортсменов почему-то не получил никакого наказания, и даже материалов на него в уголовном деле обнаружить нельзя. В дальнейшем, после освобождения Японца из Тулуна и возвращения его в Москву, по оперативным каналам потоком пошла информация о связи вора в законе и его давнего знакомого Квантришвили, немало сделавшего для досрочного освобождения Иванькова из тюрьмы. Глубокой тайной окутана история получения загранпаспорта матерым рецидивистом Иваньковым, находящимся к тому же под надзором милиции. К этому, по имеющимся у милиции сведениям, также приложил руку Квантришвили. И, даже учитывая связи последнего и его пост вице-президента «Ассоциация XXI век», остается удивляться случившемуся. Снова возникает вопрос: что или кто стоял за всем этим?
Можно предположить, что Квантришвили был лишь фигурой в очень крупной игре, где на кон ставились сотни миллиардов. Уместно упомянуть о документе с грифом «для служебного пользования», под которым стояла подпись Президента России. Он появился примерно за полгода до убийства Квантришвили и предусматривал, по предложению Национального фонда спорта России и Российской академии тенниса, создание спортивного центра по типу акционерного общества закрытого типа. Центр по распоряжению Президента был наделен фантастическими льготами, в частности освобожден от уплаты экспортно-импортной таможенной пошлины до 1995 года. Из госрезерва были выделены для продажи на экспорт сотни тысяч тонн стратегического сырья — алюминия, руды, нефти, цемента… Акционерное общество, вероятно, выступало посредником в сделках между зарубежными фирмами и отечественными коммерсантами, получая при этом огромные прибыли. Монополия вызвала раздражение весьма сильных людей, вынужденных пользоваться услугами спортивного центра и несших при этом огромные убытки. Здесь могла скрываться реальная причина убийства Квантришвили.
Через полгода после выстрелов у Краснопресненских бань всплыла довольно правдоподобная история. Оперативникам стало известно о существовании некоего кредита в 800 миллиардов рублей. На него претендовала коммерческая структура, которую возглавлял родственник высокопоставленного правительственного чиновника. Но Квантришвили, используя знакомства и влияние, сумел перехватить кредит, чем вызвал ответную реакцию конкурентов. Был найден исполнитель, якобы в прошлом офицер спецназа, согласившийся за 200 тысяч долларов и заграничный паспорт с выездной визой выполнить задание. Не берусь судить, насколько правдоподобна история, но правительственный чиновник ушел в отставку через день после того, как эти сведения были зафиксированы оперативниками. Тем не менее преступление остается нераскрытым до сих пор.
Подлинные причины устранения столь могущественной и известной фигуры пока неизвестны. Да и вряд ли когда-нибудь они будут рассказаны полностью, без утайки. Сейчас это не нужно ни тем, кто стоял за спиной Отари Квантришвили, ни тому, кто оплатил услуги его убийцы.
Хотя его имя было известно едва ли не каждому, в биографии Сильвестра, в отличие от других главарей преступных кланов, недомолвок и белых пятен хватает. По-настоящему он конфликтовал с законом только однажды и отделался минимальным сроком наказания. В Бутырской тюрьме, где Сильвестр пребывал около двух лет, он был возведен в ранг вора в законе, но затем якобы лишен «короны» на той же сходке. Освободившись, авторитет не потерялся, а, напротив, серьезно укрепил позиции. «Некоронованный» Сильвестр считался фигурой, равной по значимости самому Отари Квантришвили. С удивительной легкостью он совмещал статус влиятельного мафиози и правопослушного гражданина, не попадал в милицейские оперативные сводки и только раз, в 1992 году, задерживался сыщиками МУРа в ночном ресторане мотеля «Солнечный» на дне рождения своего друга — вора Шурика Захара.
Сильвестр превращался в легенду уголовной Москвы, чему в немалой степени способствовала его загадочная неуязвимость. Благополучную карьеру «крестного отца» неожиданно прервал взрыв на 3-й Тверской-Ямской улице. Сработавшая под днищем роскошного темно-серого «Мерседеса-600» радиоуправляемая бомба унесла жизнь Сильвестра и окутала ее еще более плотной завесой таинственности.
