Москва еврейская полностью

В начале 1892 г. произошел внезапный перелом в деятельности заграничных комитетов. Московский раввин получил от «St~andiges Hilfs-Comit'e f"ur die Nothst"ande russischer Israeliten zu Memel»^[95] письмо от 25 февраля 1892 г. следующего содержания: «Sehr geehrter Herr Rabbiner! In voriger Woche teilten wir per Depesche nach Russland mit, dass in Amerika unter den russischen Emigranten der Hunger u. Flecktyphus leider ausgebrochen ist, und dass die Amerikanische Regierung infolge dessen alle Hafen-orte gegen die Auswanderer abgesperrt hat. Aus diesem Grunde hat unser hiesiges Comit'e, wie auch alle andere Deutschen Comit'es ihre T~atigkeit ganz eingestellt. Kein Auswanderer wird jetzt nach Amerika geschickt oder sonst irgendwie ber"ucksichtigt.

Wir bitten Sie, dieses nach alien Seiten g"utigst bekannt zu machen. Es soil Niemand an die Deutschen Comit'es gehen und sich auf unsere Hilfe verlassen; wir k"onnen und d"urfen leider Niemand helfen. F"ur die ersten 3 Monaten wenigstens bleibt unser Comit'e vollst"andig geschlossen!

Mit Hochachtung Grenz-Comit'e fur die russischen Juden. Der gesch"aftsf"uhrende Ausschuss Dr. Rilf»^[96].

Это письмо, как понятно, внесло большую смуту в умы. Легко сказать «gesperrt, geschlossen»^[97]. А куда деваться тем тысячам людей, над которыми висит дамоклов меч 14-го числа? Легко сказать «nach alien Leiten (видимо, опечатка; должно быть „Seiten“. — Ред.) bekannt zu machen»^[98]. А как это выполнить? Опять обратились к «Русским Ведомостям», прося их напечатать об этом в газете. На этот раз просители были счастливее, и после объяснений согласились упомянуть о закрытии портов для эмигрантов трехстрочной заметкой в отделе «Московские вести».

Выселение между тем продолжалось. Каждый месяц аккуратно отъезжали те или другие группы. Каждое 14-е число было траурным днем, своего рода «хурбоном», «тишаб'овом»^[99], — и такие траурные дни москвичи переживали каждый месяц.