Но он улыбнулся и сделал бодрое лицо, показывая, что в любом случае справиться с проблемой, ведь он особенный.
Дочь робко посмотрела на отца:
— Пап, разреши мне остаться с тобой.
— Что за ерунду ты мелешь! — заволновалась её мать, но мужчина остановил супругу мягким жестом.
— Постой, Маргарита. — Он присел перед дочкой на корточки, как делал, когда она была ещё малышкой, нежно провёл ладонью по волосам. — Не волнуйся за меня, я справлюсь. Ты ведь знаешь: я у вас мужик крепкий. И потом, это ведь ненадолго: разберусь, что к чему, подтяну сюда лучших специалистов, и быстро одолеем эту заразу.
Оказавшись на борту президентского вертолёта, взволнованные пассажиры попали в обстановку первоклассного сервиса и уюта. Натянутые, как струны нервы, постепенно расслабились от ожидающего их приёма. Каждый сразу ощутил себя особо важной персоной. К их услугам удобные кресла и диваны, мобильный интернет, персональная видео-музыкальная стереосистема и много чего ещё приятного и релаксирующего.
Ещё даже не были запущены турбины для взлёта, а улыбчивые стюардессы, которых по слухам отбирали среди финалисток национального конкурса красоты и которым платили словно федеральным министрам, стали предлагать лёгкую закуску в серебряных лоточках-вазочках очень тонкой работы. Вместе с кофе или чаем можно было подкрепиться готовыми мини-мини-сандвичамис красной и чёрной икрой, осетриной, всевозможными сырами и паштетами. Особо перенервничавшие могли попросить бокал вина или даже стопочку особой президентской водки, которая подавалась непременно холодной. На лицах пассажиров появились улыбки, голоса зазвучали бодрей, послышался смех.
Вскоре Ми-8 поднялся в небо. Но едва он набрал высоту, как оставшиеся на земле услышали громкий хлопок. Вертолёт стал разваливаться на куски прямо в воздухе: от него оторвалась хвостовая балка с рулевым винтом и ещё что-то…
За минуту до этого один из пассажиров предложил всем выпить шампанское за счастливое разрешение неприятной ситуации.
— Все мы тут везунчики! — усмехнулся господин, попавший на борт в обход списка за огромную взятку. Фактически это кресло, что было под ним, обошлось ему по цене нескольких нефтяных вышек в Восточной Сибири. Но свою жизнь ловкач считал бесценной и с лёгкостью расстался с частью своего состояния, тем более что с таким, как у него редким талантом дружить с представителями власти, он своё быстро вернёт обратно.
В одной руке тостующий изящно держал ножку хрустального бокала с шампанским Абрау-Дюрсо из новой, специально разработанной для Кремля коллекции «Империал», в другой вилку с насаженной маслиной.
— Да, мы везунчики! — на более торжественной ноте провозгласил блатной, — потому что фортуна всегда на стороне достойнейших. Это были его последние слова. Вместо шампанского из царских подвалов бедняге пришлось отведать свинцовую пулю — крупная шрапнелина — поражающий элемент взорвавшейся ракеты, пробив иллюминатор, вошла олигарху в горло, так что он захлебнулся собственной кровью, раньше, чем успел понять, что произошло с VIP-вертолётом, на который он так дорого купил билет.
Обречённая машина завертелась волчком вокруг своей оси и по спирали устремилась вниз. Козырев как заворожённый наблюдал за её падением. Он вдруг с ужасом понял, что небольшой тёмный комочек, отделившийся от вертолёта — человек! То ли кто-то из лётчиков выпрыгнул в попытке спастись на парашюте, то ли несчастного пассажира выбросило из салона. Секунд десять трагедия разворачивалась на его глазах, но финала Козырев не увидел из-за дальности расстояния до места падения. Тем не менее он был потрясён. Через несколько минут подбежал вернувшийся от авиадиспетчеров Хромов и сообщил, что пилот одного из боевых вертолётов сопровождения заметил с земли пуск из переносного зенитно-ракетного комплекса.
— Командир воздушного эскорта сообщил, что они разворачиваются, чтобы отработать НАР-ами по террористам, — доложил президенту охранник. И тут же в подтверждение его слов загрохотали где-то неподалёку разрывы неуправляемых авиационных ракет. Потом застучали автоматические пушки «крокодилов».
Внутри инкассаторского броневика Ксения Звонарёва ощутила себя относительно неуязвимой. Относительно, потому что от водительской кабины, где пировали телом несчастного видео-оператора две плотоядных особи, её отделяла только решётка. Впрочём, толстые стальные прутья производили впечатление достаточно надёжных…
Но главное Ксения была не одна. Открывший ей дверь мужчина выглядел широкоплечим и мускулистым. Его немногословность и неторопливая солидность в движениях вселяли уверенность: большой и добрый дядька наверняка и за себя сможет постоять, и попавшую в беду женщину в обиду не даст. Сергей — так он представился — выглядел спокойным, даже чересчур. Настоящий флегматик. Слова лишнего не вытянешь. Впустив незнакомку внутрь, он сразу вернулся в своё кресло, некоторое время равнодушно поглядывал через пуленепробиваемое окошко на снующие за бортом тени вурдалаков, потом задремал. Будто он тут по-прежнему один!
