Москва подземная полностью

Еще один поворот. Снова ступеньки вниз. Несколько неуверенных шагов — и мы, не сговариваясь, остановились.

Что-то внезапно изменилось в этом подземном мире. Лучи фонариков ощупали каменные заплесневелые стены, скользкий пол, покрытый вековой грязью, низкие обветшавшие потолки. Вроде бы ничего нового…

Наконец осенило. Тишина… Только что доносились громыхание электропоездов, гудение каких-то механизмов, равномерное металлическое лязганье. Теперь все это осталось где-то выше, за поворотом. Мрак подземелья победил звуки большого города.

Но тишина оказалась не абсолютной. Совсем рядом послышались монотонная капель, журчание какого-то водостока и едва уловимое завывание. Словно ветер заблудился в глубинах подземной Москвы и никак не мог отыскать выход.

Но откуда здесь взяться ветру?

— Ну и что дальше? Мы не сбились с пути?.. — спросил я и не узнал свой голос. Он показался глухим и зловещим.

Саша ничего не ответил и в который раз достал из кармана штормовки сложенный листок.

Лучи наших фонариков переместились на замысловатую схему.

— Дурацкая карта, — проворчал я.

— Какую дали, — невозмутимо ответил Саша и добавил: — А мы, кажется, уже на месте.

Я недоуменно огляделся.

— Ну и где же этот Затерянный во мраке?

Мой спутник посмотрел на часы.

— Подождем тридцать — сорок минут. Не явится — будем возвращаться.

И потянулось томительное время. Во мраке его ощущаешь по-иному. Кажется, стрелки часов замедляют ход или вовсе приостанавливаются.

Придет ли на встречу Затерянный во мраке? А может, его и вовсе не существует? И эта непонятно кем сделанная схема московского подземелья, и сигнал в райотдел госбезопасности — чья-то дурацкая шутка?

Тогда, в 1969 году, генерал ФСБ Александр С. был еще просто лейтенантом и служил в Свердловском районном отделе госбезопасности Москвы. Но и в двадцать с небольшим лет его трудно было поймать на удочку шутника.

Сигнал поступил от информатора.

В столичном подземелье чуть ли не с сорок первого года обитает человек. Скрылся там, чтобы не попасть на фронт. С той поры на белый свет не показывается. Во-первых, боится уголовного наказания, а во-вторых, организм его так привык к подземелью, что на поверхности он задыхается, а в глазах появляется нестерпимая боль.

Возможно ли такое?

Бездомные бродяги прозвали его Затерянным во мраке. За многие годы он досконально изучил необычную среду обитания. Продукты, одежду и лекарства добывал, проникая в подземные склады.

В последнее время Затерянный серьезно болел. Возможно, предчувствие близкой смерти привело его к желанию покаяться и раскрыть властям кое-какие тайны Москвы. А их он познал немало.

Александр через информатора получил предложение встретиться и схему, составленную Затерянным.

На вопрос, может ли человек более тридцати лет обитать во мраке, в специфической атмосфере, специалисты отвечали, что такие случаи в истории бывали.

В общем, стоило проверить сообщение информатора.

Сопровождать Александра я согласился сразу. С одной стороны, у меня имелся кое-какой опыт исследования разных подземелий, а с другой— в московских мне еще не приходилось бывать. В то время я знал о них лишь по замечательным очеркам Владимира Гиляровского.

Увы, таинственная встреча не состоялась. Раздосадованные, мы вернулись в подвальное служебное помещение гостиницы «Интурист» на Тверской (тогда улица Горького), откуда началось наше незадачливое путешествие.

Так завершилось мое первое знакомство с подземным миром Москвы, после которого я стал изучать его историю, собирать рассказы тех, кто в нем побывал.

А спустя несколько лет я узнал от столичных спелеологов, что человек по прозвищу Затерянный во мраке существовал на самом деле. Успел ли он поделиться своими знаниями? Куда подевался? Как завершился его путь?

Вопросы пока без ответа.

В справочниках сообщается, что в нашей столице и в Подмосковье более тридцати пещер, сотворенных природой и человеком. На самом деле их гораздо больше. Естественным путем этот подземный мир образовался из-за вымывания и растворения известняковых горных пород. Большинство рукотворных пещер московского края — заброшенные каменоломни. Много веков назад человек начал добывать известняк для строительства. Из белого камня возводили дворцы, храмы, кремлевские стены, оборонительные сооружения.