Возле забора она увидела Николая, который копался в моторе своего старого «москвича».
Катерина поцеловала Николая, поднявшего вымазанные в масле руки, чтобы не запачкать ее. Он постарел, полысел, через ремень переваливался животик.
Людмила с Антониной собирали помидоры. Сыновья Николая вскапывали участок, вернее, вскапывал старший, а младший шел следом и лопатой разбивал дерн.
Катерина поздоровалась с Анной Кузьминичной, матерью Николая, отец умер два года назад.
– Что мне делать? – спросила ее Катерина.
– Передохни с дороги, – посоветовала мать, – хозяйка придет и даст распоряжение.
Значит, хозяйка – Антонина. Но в словах матери не было ни горечи, ни сожаления, что не она уже здесь главная.
Людмила набрала ведро помидоров и, проходя мимо Николая, съехидничала:
– Когда же ты ее на металлолом сдашь?
– Никогда, – ответил Николай. – На ней еще мои внуки ездить будут. Если с машиной правильно обращаться, она сто лет может сохраниться.
– Сто лет ничего не сохраняется, – добавила Людмила, – как бы правильно ни обращаться. Вот ты всю жизнь правильно жил. Сохранился, что ли? Начнем сверху. Три волосины в шесть рядов.
– Сейчас модно носить лысину.
– Это раньше было модно. Сейчас модно носить брови. – Людмила ухватила его за свисающий через ремень живот. – А это что?
– Это комок нервов. А ты знаешь, к нам Гурин заглядывал, – сообщил он.
– Денег просил в долг? Он же никогда не отдает!
– Мне отдает. Хочет попрощаться со всеми. Его на тренерскую работу пригласили в Челябинск, приедет сегодня, наверное.
– Зачем ты его пригласил? Тебе мало пьяни на стройке?
– Он трезвый заходил.
– Значит, сегодня будет вдрабадан. Он больше двух дней не выдерживает. Он же алкоголик!
– Не надо так, Люсь, – попросил Николай. – Он все-таки твой муж, хоть и бывший, а мой друг, у нас с ним молодость вместе прошла.
– Молодость у вас отдельно проходила, – усмехнулась Людмила. – Он по заграницам разъезжал, а ты вкалывал. Что, я не помню, что ли, как ты телевизор в кредит покупал и целый год выплачивал?
– Он не разъезжал, – не согласился Николай. – Он спортивную честь родины защищал.
– Тоже мне родина! Споткнулся раз, его и выкинули. И забыли. Родине ты нужен, пока молодой и здоровый.
Антонина приказала сыновьям принести стремянку и снимать яблоки с веток. Старший снимал, передавал младшему, тот отдавал Катерине, а она складывала яблоки в корзину.
– Да тряхните ее, – посоветовала проходящая мимо Людмила.
– Я вам тряхну, – пригрозила Антонина, которая, обрезая кусты малины, все видела и все слышала. – Если яблоко на землю упало, оно долго не сохраняется.
– Долго ничего не сохраняется, – снова заметила Людмила, но в спор вступать не стала. На даче распоряжалась Антонина, и ее указания выполнялись неукоснительно.
Теперь, когда все были при деле, Антонина начала готовить обед, Катерина ей помогала, шинковала капусту, чистила картошку.
– А сколько у тебя в подчинении людей? – поинтересовалась Антонина.
– Больше трех тысяч…
– А как же ты с ними справляешься? Трудно небось?
– Трудно с тремя. А когда трех научишься организовывать, тогда уже число не имеет значения.
– Ты молодец, Катерина, – порадовалась Антонина. – Всего добилась в жизни. Мы тебя сыновьям в пример ставим, рассказываем про твой жизненный путь. Когда есть цель, всего можно добиться.
– Можно, – согласилась Катерина. – Только, когда всего добьешься, завыть хочется. Ну об этом можешь им не рассказывать; когда добьются, сами это поймут.
Людмила принесла на веранду ведро помидоров и сообщила:
– Сейчас мимо дачи Гурин с приятелями проходил, обещал в гости зайти.
– Мы ему всегда рады, – сказала Антонина.
– Посмотрю я, как ты будешь радоваться, когда он на четвереньках сюда приползет.
– Да, – согласилась Антонина, – что-то вам, девочки, с мужиками не повезло. Вы ведь и красивее меня, и умнее! А Катерине сейчас с ее должностью совсем трудно станет. Разве что министр какой холостой! Мужики ведь не любят, когда женщина выше их по должности и по зарплате.
– Министры холостыми не бывают, – возразила Катерина. – Только вдовые!
– Это, между прочим, не самый плохой вариант, – добавила Людмила. – Мне одна клиентка в химчистке подсказала, что хорошо на кладбищах знакомиться, например на Новодевичьем. Там только очень знаменитых хоронят и их жен тоже. Так вот, приятельница моей клиентки там познакомилась с главным архитектором Москвы, по рангу это как министр.
– И сколько этому архитектору? – поинтересовалась Катерина. – Лет семьдесят? Кому нужно такое старье…
– Как говорит один мой знакомый, знаменитые и богатые мужчины старыми не бывают, – заключила Людмила.
– Ой, Людка, ты неисправима, – вздохнула Антонина. – Хорошего мужика надо самой делать, а не готового получать.
– Ты сделала? – спросила Людмила.
– Я сделала, – с грустью ответила Антонина, – Николай – бригадир электриков, хороший семьянин, хороший отец для сыновей, не пьет, ну, по праздникам только немного.
– И после бани, – напомнила Людмила.
– После бани тоже, – призналась Антонина, – но это их законное мужское право.
