Она приехала. Изабелла была подчеркнуто приветливой, пригласила поужинать. Академик выслушал Катерину и заметил:
– Директор прав. Поступай. Если поступишь, перевестись всегда можно. Целый год выиграешь. А с переводом я тебе помогу.
Академик расспрашивал, о чем пишет мать, какие новости в Красногородске.
– Зовет домой. Уже на молокозаводе договорилась о месте для меня.
– И что же ты?
– Не поеду, – ответила Катерина. – Буду выкручиваться здесь сама.
Академик молчал. Молчала и Изабелла, глядя в сторону.
– Мы понимаем твои трудности, – наконец произнес академик. – Конечно, после родов хотя бы первое время тебе надо пожить в нормальных условиях. У нас три комнаты, но, ты знаешь, я ведь в основном работаю дома, пишу книгу…
– Да я живу в нормальных условиях, – заверила академика Катерина. – У меня отдельная комната…
– Как отдельная? – не понял академик. – Ты разве не в общежитии?
– В общежитии, – подтвердила Катерина. – Но Антонина вышла замуж и переехала, Людмила тоже вышла замуж, и они снимают квартиру. Так что я теперь одна в комнате. И ко мне никого не подселяют.
– Это хорошо, – сказал академик. – Это хорошо, – повторил он и посмотрел на Изабеллу.
Катерина поняла, что они, по-видимому, обсуждали ее положение и, может быть, даже рассматривался вариант отказа в том случае, если Катерина после родов попросится пожить у них. И она еще раз отчетливо осознала, что ей придется рассчитывать только на себя.
Когда Катерина уходила, академик протянул ей деньги.
– Спасибо, у меня есть деньги.
– Бери, – грубовато посоветовала ей Изабелла, – не такие уж это большие деньги. Это он не для тебя дает, а для себя, чтобы совесть свою успокоить, все-таки помог родственнице, – усмехнулась она.
По ее виду Катерина поняла, что в их семейных отношениях появились какие-то сложности. В любой другой ситуации она никогда бы не взяла деньги у академика. Но теперь она почти не думала о самолюбии. Деньги ведь не для нее, а для будущего ребенка. Надо покупать коляску, одежду – пока она ничего не приобретала из суеверия.
Приехав в общежитие, Катерина пересчитала деньги академика. Триста рублей! Две ее зарплаты. Хорошие деньги!
Катерина сдала экзамены на вечернее отделение политехнического. Заполняя анкету, в графе «Семейное положение» написала: «Не замужем». Декан, просматривая анкету, глянул вопросительно на ее округлый живот.
– Не замужем, – подтвердила она и улыбнулась. Решив не врать, почувствовала себя спокойней и уверенней.
Директор по понедельникам обходил все цеха фабрики. В тот понедельник подошел к ней – он всегда заглядывал в закуток, где она заполняла наряды.
– Поздравляю с поступлением! Декан мне звонил. Ты ему понравилась. – Директор рассмеялся. – Он почему-то подумал, что ты беременна от меня.
– Не он один так думает, – улыбнулась Катерина. – Вы лучше ко мне не подходите, когда бываете в цехе, а то все в некоторой растерянности: с чего бы это директор уделяет такое внимание простой работнице?
– Ну, не простой работнице, а мастеру, – возразил директор.
– И об этом тоже говорят, – заметила Катерина. – Неспроста Леднев ее так двигает, наверняка по поручению директора.
– А на самого Леднева не думают? – спросил директор.
– Он не по этому делу. У него в цехе никогда ни с одной работницей романа не было. Про него не то чтобы говорить, про него даже подумать такое не могут.
– А про меня говорят? Ну и что же, кроме того, что ты беременна от меня?
– Говорят, – улыбнулась Катерина.
– И с кем же у меня сейчас роман?
– С технологом. С блондинкой.
– Ух ты! – удивился директор. – А я к ней в отдел ведь не захожу.
– Да на фабрике все про всех знают.
– Ладно, – пообещал директор, – усилю конспирацию. Как ты сама-то себя чувствуешь?
– Хорошо!
– Не бойся! Родишь нормально. У твоей бабки небось не меньше пяти было.
– Семеро.
– И ты на одном не остановишься.
– Вряд ли, – ответила Катерина. – Не больно-то сегодня мужики женятся на женщинах с детьми.
– Еще как женятся! – возразил директор. – Я сам женился на женщине с ребенком. А потом мы уже совместно двоих родили. Так что у меня трое сыновей.
– Ваша жена счастливая!
– Я тоже, – ответил директор.
Если счастливый, зачем же блондинка из отдела главного технолога, подумала Катерина, но, конечно, промолчала.
Теперь она на фабрику не ездила. По субботам приходила к Антонине и обычно оставалась обедать. Антонина тоже была беременна. Рожать ей предстояло через месяц после Катерины. На стройке она дорабатывала последние дни перед декретным отпуском.
К Людмиле Катерина ездила по воскресеньям. Людмила с Гуриным снимали квартиру рядом с метро «Сокол». Если Гурина не было дома, а он часто уезжал на загородную спортбазу именно на субботу и воскресенье, Людмила располагалась на тахте, брала спрятанные среди белья сигареты (при Гурине она не курила) и с удовольствием затягивалась.
В субботу Катерина, как обычно, позвонила Людмиле и договорилась, что приедет в воскресенье в три часа. Гурин был в отъезде. С утра Катерина отправилась в Третьяковскую галерею. Она использовала последние дни, понимая, что после родов долго еще не сможет ходить по театрам и музеям.
