Что и произошло. На фасаде здания появился большой щит с надписью: ""Главмосстрой" осуществляет реконструкцию театрального центра по поручению правительства Москвы". Генеральный подрядчик, как водится, привлек субподрядчиков, проверенных партнеров, в том числе известный трест "Строитель". Работа пошла днем и ночью в три смены. Только от "Главмосстроя" на объекте было занято свыше двухсот рабочих, не считая строителей подрядных организаций.
Они заменили тысячи квадратных метров паркета и стекла, подвесных потолков, сотни квадратных метров глазурованной плитки, восемнадцать тонн алюминиевых конструкций. Здание преобразилось после того, как очистили и заново покрасили фасад, переделали главный вход с нависающим козырьком. Ступени лестницы покрыли гранитом, а площадь перед входом - брусчаткой. Все выполнили быстро и качественно. Об этом ведущие средства массовой информации не проинформировали. Но когда два каменщика и плотник треста "Строитель" позарились на чужое - газеты не стали разбираться "кто есть кто" и дружно доложили, что якобы "рабочие "Главмосстроя" воруют имущество бывших заложников". Хотя на самом деле провинившиеся не состояли в этой компании.
Плотник нашел удостоверения личности милиционера и двух военнослужащих. Вместе с вложенными в одном из удостоверений деньгами отдал находку прорабу. Поступил, как его проинструктировали перед началом работы. Но найденную электронную записную книжку оставил себе. Был он на хорошем счету, десять лет трудился в тресте. Несмотря на прошлые заслуги, его и двух каменщиков, как мне доложили, уволили немедленно. Тогда на Дубровке работница Мария Артемова из треста "Мосотделстрой-1" нашла несколько золотых колец, цепочек и сережек. И все драгоценности сдала администрации, как обязалась. Так поступали другие строители, когда находили чужие вещи, оставшиеся на месте трагедии.
* * *
Тень, брошенная на "Главмосстрой", меня особенно огорчила, поскольку я являюсь Председателем совета директоров этой компании. Не раз в предыдущих главах рассказывал о ней и президенте холдинга Геннадии Улановском, моем старом товарище. Он сумел сплотить команду и спасти чуть было не затонувший большой корабль.
Сегодня у меня больше нет мысли сменить историческое название, о чем я с болью думал в недалеком прошлом. Три года назад некогда крупнейшая фирма Советского Союза осваивала за год всего 3 миллиарда рублей, что для нее мизер. В 2002 году речь пошла об 11 миллиардах! Если недавно удавалось построить всего 400 тысяч квадратных метров жилья, то теперь намечается свыше миллиона. Львиная доля новых московских школ - за "Главмосстроем". Ими все не кончается.
В послужном списке компании "Автобанк" на Новослободской улице, "Дойче Банк" на улице Щепкина, другие новые здания банков. Они все из монолита. Новое здание Московского городского суда на Богородском валу - последнее успешно выполненное задание правительства города. В феврале 2002 года Юрий Михайлович закладывал в фундамент здания суда для присяжных памятную капсулу, а в декабре - все было сделано.
Нет больше у холдинга долгов. "Главмосстрой" сам дает кредиты партнерам. Им доволен и город, и профсоюз, потому что здесь выполняют четыре требования трудящихся, сформулированные в словах: занятость, зарплата, здоровье и законность. Многие строители обязаны здоровьем госпиталю "Главмосстроя". Его никто не прибрал к рукам в годы дикой приватизации. Госпиталь остался за холдингом.
Когда-то часто писали о рекордах монтажников "Главмосстроя". Они первыми начали собирать дома из железобетонных панелей. Башенные краны и сегодня поднимают в небо панели, сделанные на заводах. Дома из них растут все еще быстрее кирпичных и монолитных. Однако теперь новые рекорды монтажники компании ставят на площадках, где возводят дома из монолитного железобетона. Они появились по всей Москве, есть в старых кварталах на улицах Гиляровского и Студенческой, есть в новых кварталах Марьинского парка и Южного Бутова. Дома из монолита поднимаются со скоростью 5-6 этажей в месяц, это сопоставимо с темпами сооружения панельных домов.
* * *
Что век грядущий нам готовит? - перефразируя известные слова, хочу ответить на вопрос, волнующий строителей не меньше, чем футурологов. Но прежде посмотрим, как входила Москва в ХХ век, что строила. "Рост Москвы совершается с изумительной быстротой", - отмечал вышедший в 1917 году справочник "По Москве" под редакцией профессора Н. Гейнике и других знатоков города. На фоне мощного людского притяжения произошел "строительный бум". Как пишет современный исследователь Москвы доктор наук Е. И. Кириченко: "На рубеже 1900-1910 годов обозначается переориентация архитекторов на массовое строительство. В качестве основной темы начинает выдвигаться тема рабочего жилища". В то время по-прежнему сооружалось много домов для среднего класса и высших слоев общества, предпочитавших жить в центре мировой культуры, каковой являлась Москва.
Описывая начало ХХ века, часто цитируют стихи Марины Цветаевой:
Домики с знаком породы,
С видом ее сторожей,
Вас заменили уроды,
