- А что самое обидное сказали, например, ваши сын или дочь, чего вы не смогли им простить? Или забыть?
- Не в частностях дело, поверьте мне. И не в словах. Это означает, что они не ощущают себя связанными со мной, особенно Александра.
- Может быть, я заблуждаюсь, но мне всегда казалось, что в дурных поступках детей виноваты прежде всего родители, их воспитание...
- Я всегда воспитывал детей личным примером. Тем, как я жил. Что для меня было главным. Но мне однажды было сказано: "Ты же умрешь в одиночестве. И вообще квартира..." Я не говорю, хорошо это или плохо. Это, может, и есть ответ на вопрос, какое место я занимал в жизни моих близких.
- Благодарю за откровенность, я услышала конкретный пример. Иначе ваше состояние считала бы эмоциональным порывом: "Меня не уважают, не понимают..."
- Разве я произвожу впечатление эмоционавта? Когда такое случилось, во мне что-то умерло. Вот и все.
- Возможно ли предположить, что ваша жена оказала давление на детей?
- Дело не в том, кто на кого оказывал давление. Кроме того, дети взрослые люди: дочери тогда было - двадцать восемь лет, а сыну - тридцать четыре года. И, по сути, это было бы довольно банальным объяснением событий. Я, скорее, склонен в себе самом видеть причину.
- Скажите, пожалуйста, как давно испортились ваши отношения с женой?
- Уже очень давно.
- Олег Павлович, прожив большую жизнь, вы не допускаете мысли, что совместная жизнь как таковая, а точнее сказать, сильные чувства, обречена на гибель?
- Допускаю. Долгое время мне казалось, что мы будем жить с женой долго и умрем в один день. Но... есть главное, повторяю, это когда выражается неуважение в адрес дела, которым я занимаюсь. На это я реагирую жестко.
- Признаться, этот ответ меня не очень удовлетворяет... Рассказывают, что у вас с женой были красивый роман и совершенно не-обыкновенная, театральная свадьба. Жену подарили вам, как куклу, упакованную в коробку и перевязанную бантами.
- Это все так. Я не неблагодарный человек. Этого во мне нет. Мне кажется, я помню все доброе, что было у нас. Жена сделала максимум для того, чтобы я встал на ноги, когда у меня случился инфаркт, и многое другое...
Больше тридцати лет мы прожили вместе. Еще раз говорю - многое было прекрасно. Для меня худшие человеческие грехи - это когда люди забывают добро и родство свое...
- Расстаться - это было ваше обоюдное желание?
- Не совсем. Я поставил жену перед фактом.
- Представляю, какой для нее это был удар.
- Я не знаю, был ли для нее это удар, скорее неожиданность, потому что в конфликтах наших, доходя до предела, она нередко говорила: "Нам надо разойтись".
- Все же я хочу понять: что вызывало ее раздражение в этих конфликтах?
- Моя автономия.
- Расшифруйте, что это такое.
- Особенности моей профессии диктуют автономию человека, независимость его жизни.
- Как женщина, я понимаю вашу жену. Ей в отличие от вас сложнее начать новую жизнь. Вам не жалко ее?
- Да, ничего сказать не могу. Наверное, это надо было сделать раньше, десять лет назад. В этом моя вина перед ней.
- Олег Павлович, вы сталкивались с мнением: "Табакову захотелось молодую жену" - в общем, седина в бороду, бес в ребро и так далее?
- Знаете, у меня довольно регулярно была возможность "быть с молодой и красивой". Я, видимо, отношусь к категории тех "субъектов Федерации", которые не утратили привлекательного товарного вида.
- Да вы ходок, как я посмотрю...
- Да. Это, наверное, дано мне.
- Но Марина Зудина вошла раньше в вашу жизнь или после развода с Людмилой Крыловой?
- Нет, она была. Все и началось еще тогда, когда она училась у меня в училище. Но я никогда ничего не обещал.
Когда у меня случился инфаркт и я умирал, я перестал врать. Знаете почему?
- Почему?
- Потому что очень много запоминать надо.
- Интересно, как круг ваших знакомых оценил ваш поступок?
- С широко открытым ртом.
- Была подорвана репутация образцового семьянина? Или, напротив, все сказали: "Ну, у них все шло к разводу..."
- Я никогда не производил впечатления человека, у которого все к этому шло. Я тихушник. Я никогда не демонстрировал ничего. Это слагаемые моего характера, возможно, недостаток.
- А были среди друзей те, кто перестал подавать вам руку?
- Нет.
- Уйдя из семьи, вы делили имущество?
- Нет. Я купил жене квартиру. Все, что было, - оставил. Как можно делить то, что я покупал ей в свое время, - драгоценности, вещи какие-то. Но у меня есть комплекс вины своего отца, который оставил в свое время меня одного.
- Я чувствую, вы обижены на близких. Это значит, что вы не поддерживаете никаких отношений с ними? А у вас-то потребность общаться есть?
- Как сказать... Сын поздравил с днем рождения... Вот внучка - это боль моя. Я люблю ее очень. Она кажется мне моим продолжением.
- Как бы вы охарактеризовали ваше душевное состояние?
- Я думаю, что выгляжу лучше. Я в форме. У меня ум с сердцем в ладу. Марина для меня - подарок судьбы.
- Не знаю, как спросить. У вас серьезная разница в возрасте. Или вы считаете, что человек с вашими деньгами не бывает старым?
- Любовь можно купить не надолго. Надолго купить любовь никому не удавалось.
