Театральные оговорки можно разделить на анонимные, будничные и классические. Относительно первых, как правило, уже никто не помнит, в каком театре и с каким артистом они случились. Их приписывают каждой труппе столичной или провинциальной. И доля истины в этом есть, так как в прежние времена представления выпускали в рекордные сроки. Так, в театре Корша на премьеру отпускалась неделя: начинали репетиции в понедельник, заканчивали в пятницу, а премьеру давали, по-теперешнему сказать, в уик-энд. Чему же удивляться, если второпях артисты со сцены несли такое... Вот несколько классических примеров.
Служанка, перепуганная неожиданным появлением мужа хозяйки, врывается к ней в спальню, где неверная супруга с молодым любовником. Служанка кричит с вытаращенными глазами:
- Вах мух! ("ваш муж")
- Мах мух? ("мой муж") - в ужасе повторяет хозяйка.
Или вот еще. В покои генерала входит слуга, который должен доложить: "Папский нунций". Вместо этого генерал слышит:
- Папский нанский.
- Кто?
- Нунский пунский.
- Кто-кто?
- Нанский панский. Ой, пупский нанский. Ой, папский нун-ский...
- Пошел вон, дурак.
По театрам гуляют оговорочные непристойности вроде того, как "князь Волобуев, вот вам х..." (вместо "вот вам меч"), вместо "гонец из Пизы" следует совсем нечто неприличное из Ганы. И в конце концов, редкий "Вишневый сад" обходился без классической оговорки в гробовой тишине:
- А Епиходов бильярдный х... сломал (вместо "Епиходов бильярд-ный кий сломал").
Причем, переходя из уст в уста, эта оговорка лишилась авторского слова бильярдный. Видимо, в актерском подсознании бильярд никак не может сочетаться с мужским половым органом.
Правда это или легенды - теперь не скажет никто. Но театральные предания на оговорочные темы продолжаются.
В театре Маяковского идет спектакль "Круг" (режиссер Татьяна Ахрамкова). В одной из сцен персонажи уходят, стремительно, чтобы переодеться, а в это время мажордом сообщает публике: "Прошло несколько лет". Вместо этого он почему-то говорит: "Прошло несколько дней".
Впрочем, публике что дни, что годы - все равно. Только искушенный зритель заподозрит здесь что-то неладное: почему это спустя много лет герои "Круга" не изменились - ни в лице, ни в одежде?
Или в этом же театре много лет назад играли "Детей Ванюшина" по пьесе Найденова. В финале дворник, которого всегда играл заслуженный или народный артист, сообщал героям пьесы, что "Ванюшин в саду застрелился". И вот эту "ответственную" роль дают трагику, который всю силу своего таланта должен вложить в эту реплику. Он прочувствовал и вложил:
- Ванюшин в стрелу запилился.
Как говорится, занавес.
Театр имени Моссовета. Спектакль "Красавец мужчина". Актриса Этель Марголина, обращаясь к тетушке, вместо "Ах, тетя, я полюбила его с первого взгляда" выпалила:
- Ах, тетя, я полюбила его с первого раза.
Получилась интимная вольность. Но еще дальше в этом вопросе пошла прима Вера Марецкая из этой же труппы. В спектакле "Рассвет над Москвой" она играла вместе с Николаем Мордвиновым. По ходу пьесы у героев случалась размолвка, и героиня решала первой пойти на примирение. Заходила к нему обычно с такими словами: "Мужик скучает, дай, думаю, зайду первая". Что случилось с Верой Петровной, не знает никто, но она на одном из спектаклей оговорилась:
- Мужик скучает, дай, думаю, дам первая.
А поскольку актриса была смешливая, брови у нее поползли домиком, и она с трудом доиграла сцену.
Но, как правило, на театре помнят те случайные оговорки, которые потом попадают в классичесские. Вот пример хрестоматийной оговорки.
Театр Российской Армии. Спектакль "Ревизор". Городничий сообщает то, что знает зритель с малых лет: "Господа, я пригласил вас для того, чтобы сообщить пренеприятное известие - к нам едет ревизор". И вдруг, ни с того ни с сего заявляет: "Господа, я пригласил вас для того, чтобы сообщить пренеприятное известие - к нам едет... Хлестаков".
Немая сцена. Что делать - занавес давать? Или поблагодарить публику за внимание? Самое интересное, что каждый театр почитает за честь приписать историю с выдачей Хлестакова в первой же мизансцене себе.
Интрига, предательски раскрытая с самого начала, повторяется и по сей день. Так, на генеральном прогоне "Венецианского купца" во втором акте Басанио - Андрей Ильин - должен сказать своей возлюбленной Порции - Евгении Крюковой, которая переодевается доктором права:
- Ты доктором была? И не узнал я.
Вместо этого Ильин выпалил:
- Так ты был Порция? И не узнал я.
Что происходит с артистами, когда они путают текст, никто объяснить не может. Что-то подсознательное, скорее всего.
Театр Сатиры. Спектакль "Интервенция". Артист Клеон Протасов, исполняющий роль парторга Черноморского флота, выходит и держит речь: "Сегодня мы должны вспомнить наших погибших товарищей Петренко, Лазаренко, Нестеренко, Назаренко и еще семьдесят пять матросов". А он на одном из спектаклей:
- Сегодня мы должны вспомнить наших погибших товарищей Петренко, Лазаренко, Нестеренко, Назаренко и еще семьдесят пять способов.
